Иван Корчуков: «Прежде чем написать икону, ее нужно понять»

13:57, 23 декабря 2015

Хотьково, откуда родом наш герой, расположено вблизи двух важных точек на карте Подмосковья - Троице-Сергиевой Лавры и Абрамцево. Закономерно, что именно эта земля, где пересекаются традиции духовности и художественного творчества, становится сегодня центром церковного искусства. Иконописец Иван Корчуков расскажет о русской иконе в древности и в наше время, о "мерных" иконах, которые пишут на досках размером с рост новорожденного младенца, и о том, как "икона сама учит иконописца".

- Расскажите, когда вы решили заняться иконописью?

На самом деле, как такового именно моего сознательного решения не было. Окончив художественное училище по специальности «резьба по дереву» и отслужив в армии, я все еще не чувствовал призвания, которому мог бы посвятить жизнь. Когда я поступал в иконописную школу, я не думал быть иконописцем. Интуитивно, однако, я чувствовал, что там я найду нечто большее, чем просто профессиональные навыки. Так и произошло. Именно в иконописной школе я познакомился со своей будущей супругой Яной.

- Что нужно сегодня знать и уметь человеку, чтобы стать иконописцем? Как проходило ваше обучение, сколько оно длилось?

Как уже было сказано, мы с моей будущей женой жили и учились в иконописной школе при Московской Духовной Академии в Сергиевом Посаде. Обучение там длилось пять лет. Думаю, никто наверняка не скажет, что же нужно современному человеку, чтобы стать иконописцем. Достойные мастера вырастали как из профессиональных художников, так и из людей, не имеющих вообще никакого образования и каких-либо навыков. Единственное, что можно с уверенностью сказать — не стоит и пытаться заниматься иконописью человеку, главной задачей которого является зарабатывание денег. Именно поэтому так сложно начать писать иконы уже в «зрелом» возрасте. Если ты семейный человек, ты не можешь себе позволить не думать о достатке семьи.

- Расскажите о своих учителях? Кем они были?

Я никогда не забуду заведующего иконописной школы архимандрита Луку. Это поистине чудесный человек: любвеобильный и, одновременно, строгий. Он относился к каждому учащемуся, как к своему ребёнку. Вряд ли можно достойно описать обычными земными словами этого волшебного человека.

Также не могу не вспомнить своего преподавателя иконописи Владимира Анатольевича Ермилова. Он всегда говорил нам: «Икона сама учит иконописца». Это, наверное, единственный преподаватель, который никогда не говорил, как надо делать. На занятиях мы много копировали, и он сам спрашивал у нас, «как» нужно делать и почему. Он учил нас правильно задавать вопросы самим себе и правильно на них отвечать. Не достаточно просто выучить ряд каких то приёмов. Чтобы написать икону — её нужно понять.

- В чем главная разница между обычным художником и иконописцем? Может ли обычный художник писать иконы?

Здесь я не могу согласиться с самой формулировкой вопроса. Настоящий «художник» не может и не должен быть «обычным». Художник — это творец. Именно творчество отличает художника от обычного человека. Я бы не сравнивал эти понятия и вообще не ставил бы их в один ряд. Думаю, иконописцем может быть как художник, так и обычный человек.

- Расскажите о своей семье, какую роль в выборе дела сыграло воспитание родителей?

У меня уже сравнительно большая собственная семья. У нас с Яной четверо дочек. Если же говорить о родителях и братьях, то мой брат работает со мной в паре, в направлении церковной резьбы. Он так же как и я закончил Абрамцевское художественное училище. Другой мой брат принял сан иеромонаха. Мой отец также священник, иерей Евгений. Он служит в Хотьковском Покровском монастыре. Младшая сестра сейчас учится в Иконописной школе. Мои родители - художники. Они в своё время профессионально занимались скульптурой. Конечно же всем хорошим, что есть во мне, я отчасти обязан воспитанию родителей. Что же касается поступления в иконописную школу, думаю мои родители больше меня этого хотели.

- Хотели бы вы, чтобы и ваши дети занялись иконописью или стали художниками?

Я,наверное, не смогу ответить на этот вопрос. Разумеется, я буду рад, если мои дети выберут иконопись, равно как многие другие хорошие и честные профессии. Главное, чтобы дело было по душе. Я не сторонник принципа продолжения «семейного дела» из поколения в поколение и не стану склонять к этому своих детей.

- Как происходит написание иконы? Сколько уходит на это времени?

Думаю, я не стану говорить здесь такие банальные вещи, что время написания иконы зависит от её размера и сложности композиции. Я учился этому пять лет. Об этом написаны толстые книги. Наверное будет не правильно так вкратце пытаться рассказать об этом. Ведь иконопись является служением Богу, а не просто ремеслом.

- Есть ли у вас собственное помещение для мастерской?

Сейчас мы с супругой работаем дома. Наш дом и есть помещение нашей мастерской. А если серьёзно, то иконописцам часто не хватает помещения, особенно для исполнения масштабных коллективных работ. Служение иконописца чаще всего тесно связано с церковным священноначалием. Благодаря энтузиазму настоятелей храмов и наместников монастырей, мне и моим коллегам нередко доводилось работать в очень удобных и просторных мастерских. К сожалению, их энтузиазм бывает непостоянен. Да это и не главное в нашем деле.

- В вашей мастерской вы берете за образцы иконы XII-XVII веков. Почему именно этот период вы выбрали?

Этот вопрос довольно сложный. Ему можно посвятить как минимум двухчасовую лекцию. Коротко говоря, до двенадцатого века многие иконографические традиции ещё не были сформированы. Это время, когда икона была ещё чрезвычайно самобытной. Шедевры иконописи этого периода не каждый иконописец возьмется даже копировать, не говоря уже о том, чтобы понять этот стиль и разработать в таком же стиле новые иконы. Что касается стилистического направления семнадцатого века, то он считается началом упадка иконописи. Упадком именно той, как её сейчас называют, «канонической» иконы. Заключалось это в уходе от «духовного» к декоративному, а позже к чувственному и живоподобному. Изображать на иконах стали, в первую очередь, земную красоту или земные эмоции в ущерб тому небесному спокойствию и райскому свету, который должен быть основой любого образа.

- Какое место в написании иконы занимает творчество? На первый взгляд может показаться, что иконописец ограничен каноном, и его задача заключается лишь в том, чтобы максимально точно скопировать образец. Так ли это?

Максимально точно скопировать образец, особенно хороший образец, может далеко не каждый мастер. Это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Творчество, конечно, может присутствовать при изображении иконы в той или иной степени, но только как средство. Это зависит от того, насколько сам мастер нуждается в нём. Конечно, творческое самовыражение не должно доминировать в иконе и, тем более, быть для мастера целью.

- Принципиально ли отличается икона, написанная мастером, от такой же, но напечатанной на станке?

Если сравнивать икону, качественно напечатанную с хорошего образца, с самим этим образцом, то принципиальная разница будет только в материале и способе её изготовления. Образ не перестаёт быть образом, если он напечатан на станке в тысяче экземпляров. Разница только в том, что мы можем себе позволить: бриллиант или стекло, золото или позолоченную медь. Проблемы духовности не имеют к этому вопросу никакого отношения.

- Имеет ли место сегодня в иконописи реалистичный стиль письма, как в XIX веке? В каком направлении развивается иконописание в XXI веке?

Конечно, реалистичный стиль или так называемая «живописная икона» существует и развивается сейчас наряду с «древней иконой». Это огромная часть нашей культуры, можно сказать, целый раздел церковного искусства. Сейчас, на мой взгляд, довольно сложно говорить о направлении развития иконописи в масштабах всей страны. В эпоху интернета, когда спрос рождает предложение, а деньги решают всё, развитие церковного искусства зависит от культурного и нравственного воспитания наших детей, которое сейчас, мягко говоря, оставляет желать лучшего. На данный момент, «халтуры», к сожалению, в разы больше, чем работ достойного качества. И главная проблема заключается в том, что большинство людей не видят разницы.

- Расскажите о "мерных", "семейных " и "венчальных" иконах

Мерная икона - это ростовой образ святого покровителя человека. Размер доски мерной иконы соответствует росту младенца на момент его рождения. С недавних пор в России возобновилась древняя традиция дарить младенцу мерную икону в день его Крещения. Такая икона помогает ребёнку с ранних лет помнить о своём святом покровителе и о его небесном заступничестве. Уникальность размера такой иконы, символизирует неповторимость духовного пути каждого человека. Мерная икона - это личная икона малыша, созданная специально и только для него. Возможно осознание этого отчасти поможет сохранить отношение ребёнка к настоящим ценностям, порой утраченным в современном мире. Малыш растёт и, глядя на свою икону, вспоминает о великом чуде Божьем, о рождении человека. Она напоминает ему и о том, каким маленьким он родился, и каким большим уже вырос с помощью Божьей и своего небесного покровителя.

На семейной иконе изображаются святые покровители всех членов семьи. Такая икона, как правило, всегда присутствует в доме. Перед ней молятся о крепости семейных отношений, о здоровье и благополучии всех членов семьи.

Венчальные иконы являются символом благословения супружеской пары на семейную жизнь. Традиционно их две: на одной изображается Спаситель, а на второй - Богоматерь.

- Есть ли храмы, которые вы расписывали?

В современной практике мастеров иконописи и стенописи подобное явление крайне редкое. Даже небольшой храм представляет довольно серьёзный объём работы. Как правило, предполагаемые сроки завершения работ, будь-то стенопись или иконостас, делают невозможным в одиночку успеть выполнить весь объём в срок.

Тем не менее, в данный момент я работаю над иконами в иконостас Казанского храма в Калужской области. В деревне Каменки Сергиево-посадского района в Казанском храме подворья Хотьковского монастыря, иконостасы всех трёх пределов написаны полностью мной и моей супругой. Эту работу мы начали выполнять практически сразу после окончания Иконописной школы в 2006 году и полностью закончили только спустя несколько лет. Признаться честно, глядя на многие иконы этого иконостаса, я сейчас отчётливо вижу, насколько несовершенны они даже по сравнению с моими нынешними работами, и на сколько долог или даже бесконечен путь к мастерству.

вверх