Истории святынь Подмосковья

Каменная чудотворная икона в Троице-Сергиевой лавре

Фото: [ Антон Саков / Подмосковье сегодня ]

За колокольней Троице-Сергиевой лавры находится небольшая по размерам Смоленская церковь, построенная в стиле барокко в 1740-е годы. История появления этого храма связана с каменной резной иконой Смоленской Божией Матери и чудом исцеления от нее церковнослужителя. Почитаемая копия этого образа размещена с внешней стороны стены этого храма в специальной нише.

Церковь на месте кухни и столовой

У иеромонаха Павла Пономарева, написавшего  в 1782 году исторический очерк о Троице-Сергиевой лавре, мы находим, пожалуй, одно из самых ранних свидетельств о чуде каменной Смоленской иконы Богородицы и о постройке в монастыре одноименной церкви. До 1730 года на месте Смоленской церкви находились две старые каменные палаты, в одной из которых была кухня, а в другой подавалась еда для рабочих монастыря. По словам лаврского старожила Иосифа Страшкеева, которые записал иеромонах Павел, на стене между двух каменных палат кухни издавна висела белокаменная икона Божией Матери Смоленская. В 1730 году в монастырской больнице лежал псаломщик, то есть церковнослужитель самого младшего звания, по имени Кузьма Матвеев, у которого «руки имелись пригнутые к спине и изсохли». Больному явился во сне образ Смоленской Богородицы, висевший на стене кухни, после чего «загнутые за спину руки отвелись и стали быть здравы».

Исцеленного псаломщика Кузьму возили в Измайловский дворец показать императрице Анне Иоанновне, чтобы засвидетельствовать перед ней столь необычное чудо. Там же церковнослужителя осмотрели лучшие врачи. После поездки в Москву, Кузьма вернулся в Лавру и стал прислуживать в монастырской церкви Зосимы и Савватия. Спустя пять лет после чудесного события настоятель обители повелел сломать каменные строения кухни и столовой и построить на их месте церковь в честь Смоленской Божией Матери, а каменный барельеф с изображением Девы Марии и младенца вынуть из стены сносимого здания. После постройки церкви Смоленскую резную икону поместили на почетном месте внутри нового храма – у «царских врат», то есть у главного прохода в алтарь.


Пожертвования двух графов

Первое построенное в 1735 году здание новой Смоленской церкви было, видимо, временным, потому что через несколько лет его потребовалось полностью переделывать. Деньги на постройку второго здания, сохранившегося до наших дней, выделил знаменитый граф Алексей Григорьевич Разумовский. По легенде Разумовский тайно венчался с императрицей Елизаветой Петровной в своем имении в Перово. Может быть, поэтому над крестом построенной им Смоленской церкви в Троице-Сергиевой лавре укрепили корону. Спустя несколько лет свое пожертвование внес другой известный граф – Петр Борисович Шереметев. Сын командующего русской армией в Полтавской битве и владелец известных усадеб Кусково и Останкино подарил монастырю к Смоленской чудотворной иконе алмазную корону и ризу, украшенную жемчугом. Интересно, что в дальнейшем обе фамилии породнились: дочь Петра Борисовича Шереметева была отдана замуж за племянника фаворита царицы – Алексея Кирилловича Разумовского.

Граф Петр Шереметев относился с особым благоговением к обители Сергия Радонежского. Во время Северной войны со шведами царь Петр I повелел отцу графа – полководцу Борису Шереметеву взять из Троице-Сергиева монастыря икону преподобного Сергия, написанную на гробовой доске святого, и носить ее во всех военных походах. Война завершилась победой русского оружия. За боевые заслуги Борис Шереметев получил графский титул, который перешел его потомкам, а после победы под Полтавой царь наградил своего сподвижника поместьями.


Василий Ермолин и исцеление его отца

Исследователи датируют оригинал белокаменного образа Смоленской иконы Богородицы XV веком и связывают его появление с именем Василия Ермолина. Василий Ермолин упоминается в житии Сергия Радонежского в связи с чудом, происшедшим с его отцом. Кроме того, он был довольно известным человеком для своего времени. Будучи строительным подрядчиком и богатым купцом, вместе со своим «нарядом» он участвовал в самых престижных стройках. Ермолин реставрировал часть стены Московского кремля и церковь Вознесения внутри крепости. Он же восстанавливал обрушившийся наполовину Георгиевский собор в городе Юрьеве-Польском с его белокаменными резными фигурами, выполненными на внешней стороне стен здания. Ермолин также вырезал каменные образы христианских мучеников Георгия Победоносца и Дмитрия Солунского, которые какое-то время украшали Спасские ворота Московского кремля.

В так называемой «Ермолинской летописи» есть и такие строки: «В Сергиеве монастыре у Троицы поставили трапезу каменную, а предстатель у нее был Василий Дмитриев Ермолин». Речь, несомненно, шла о каменных зданиях кухни и столовой, на месте которых потом появилась Смоленская церковь. Во время стройки «поварни» была высечена из камня икона Богородицы Смоленская, исцелившая спустя почти триста лет псаломщика Кузьму.


Василий Ермолин был тесно связан с Сергиевской обителью. Монахами в этом монастыре были его дед, дядя и родной отец – Дмитрий Ермолин. В «Новых чудесах преподобного Сергия Радонежского», то есть в приложении к древнему житию святого, есть целая глава «О Дмитрии Ермолине», посвященная отцу автора каменной Смоленской иконы. Дмитрий Ермолин, будучи успешным купцом и образованным человеком, знавшим «греческий и половецкий языки», неожиданно для родных ушел в Сергиев монастырь, где постригся в монахи с именем Дионисий. Желание монашеского подвига длилось недолго: монах Дионисий вскоре начал нарушать правила устава и хулить святого Сергия. Для увещевания нерадивого монаха настоятель монастыря Мартиян вызвал Дионисия на разговор, после которого Дионисий вроде бы обещал исправиться и сменить «свирепство на кротость, а роптание на благодарение». Прошло немного времени после беседы, и Дионисий начал роптать даже с большей силой, чем раньше. Когда ему приносили монастырский хлеб и рыбу, он с гневом выбрасывал их на землю, говоря, что в миру его собаки ели лучшую еду. На новые увещевания настоятеля на этот раз Дионисий отвечал грубо и резко, напоминая свое богатое происхождение.

Наконец, Дионисий озлобился настолько, что сказал одной вдове, принесшей пожертвования монастырю, следующее: «Зачем прельщаетесь и приносите пожертвования в Сергиев монастырь? Лучше бы отдали ваши пожертвования татарам, чем сюда». После этих слов во время церковной службы Дионисию явился грозный Сергий Радонежский с жезлом в руке, и нерадивый монах упал прямо в храме, не имея возможности двигать руками и ногами, онемев и ослепнув. Монаха отнесли в его комнату, где он неподвижно пролежал около пяти дней. После того, как к разбитому параличом приехал из Москвы его сын Василий Ермолин, с которым связывают создание каменной Смоленской иконы, и после того, как монахи помолились об исцелении больного у гроба Сергия Радонежского, Дионисию вернулось зрение, речь и способность двигаться.


Сегодня подлинник резной иконы Смоленской Богородицы находится в Сергиево-Посадском музее-заповеднике, а на стене церкви установлена копия белокаменного барельефа в память о том, что когда-то образ был вставлен в стену монастырской кухни, располагавшейся на этом месте. У иконы теплится лампада, лежат цветы и поставлен текст молитвы к Божией Матери.

Антон Саков
Загрузка...