Надежду ветеранов труда на новоселье в Шатуре обманули дважды

12:17, 04 марта 2015

Четыре подъезда, три этажа, высокие потолки, большие окна. В 1934 году дом № 4 по улице 1 Мая в Шатуре был красавцем. В 2009-м его официально признали аварийным – износился красавец на 70%. Почти сотне жильцов обещали скорый переезд в новостройку. В 2013-м пообещали опять. Сейчас заверяют, что расселение назначено на IV квартал 2015 года. Но корреспондент «Подмосковье сегодня» выяснил: в реальность переезда никто в доме уже не верит.

Дыры и сверху, и снизу

Ольга Петровна живет с сестрой в коммуналке. У каждой по комнате. У Ольги 18 метров , у сестры – 22.

– Старье – оно и есть старье. Двери в подъезд не закрываются. Вода вонючая. Бывает, коричневая идет.

Тепло в комнате Ольги Петровны стало после промывки батареи. А вот Николай Иванович, должно быть, замерзает.

Соседи по квартире на первом этаже Николай Иванович и Раиса Ивановна – пенсионеры, ветераны труда. В квартире тепло, особенно когда зайдешь с промозглой улицы. Увы, первое впечатление о благополучии обманчиво. На кухне горят все четыре конфорки газовой плиты. Только поэтому днем тепло. Неудивительно. Ведь разговариваем мы в прихожей с дырой в потолке, откуда видна дранка потолка. Николай Иванович относится к этому обыденно: штукатурка давно падает.

На шум голосов выходит из своей комнаты Раиса Ивановна. И показывает очень черную без эмали раковину. Показывает издалека. Подойти ближе лишний раз боится – сверху падают куски потолка. На полу тоже дыры.

– Если бы не кошка, приходили бы крысы с улицы.

При этом страшная раковина – единственный источник воды в квартире. Ванны нет. На кухне готовят, стирают, моются.

В своей комнате Раиса Ивановна затыкает дыры в стенах газетами. Эти дыры я видела с улицы.

Великое непереселение

Спрашиваю у Николая Ивановича и Раисы Ивановны, писали ли жалобы. Звонили ли? Ходили ли? Да. Писали. Звонили. Ходили. В 2009 году им обещали переселение в дом № 2/9 по улице Войкова. В 2013-м сообщили и новый адрес – улица Нариманова, дом №16, и номера квартир. Но все остались на прежнем месте.

– Нас даже не собрали, просто отменили, – сказала Ольга Петровна со старой, тихой обидой.

Идти на следующий круг писем, жалоб, звонков и визитов в госучреждения у них нет ни сил, ни желания. Им даже не очень интересно мне об этом рассказывать. Это такая крайняя степень усталости от сражения с непосильными обстоятельствами.

Спрашиваю про табличку на торце дома, обещающую расселение в 2015 году.

– Это предвыборная агитация, – кратко пояснил Николай Иванович.

вверх