Продолжение следует: что получит Россия после возвращения в G20
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi85LzU0X2Zma3U4cUIuanBn.webp)
Фото: [Министерство финансов Российской Федерации]
Возвращение России в G20 может оказаться не просто дипломатической победой Москвы. Теперь перед российской стороной открывается возможность продвигать собственную экономическую повестку и добиваться практических договоренностей. Об этом в беседе с интернет-изданием «Подмосковье сегодня» заявил первый зампред Комитета Госдумы по международным делам Алексей Чепа.
По словам депутата, сам факт возвращения России в формат «двадцатки» еще не гарантирует каких-либо прорывов. Однако списывать произошедшее исключительно на дипломатический символизм тоже не стоит. Чепа обратил внимание на то, что российскую делегацию на встрече представлял глава Минфина Антон Силуанов.
«Силуанов, в первую очередь, это практик, и я думаю, что здесь может быть какое-то продолжение», — отметил парламентарий.
По его мнению, сейчас рано гадать, какие именно вопросы обсуждались за закрытыми дверями. При этом сам характер контактов позволяет предположить, что речь могла идти о вполне конкретных экономических интересах.
«Есть некая конфиденциальность этой встречи. Американцы не опубликовали ее детали, значит, есть какие-то интересы, которые следует обсудить финансовым министрам», — сказал Чепа.
Одним из потенциальных вопросов депутат считает санкции. Министр финансов США Скотт Бессент заявил, что Вашингтон не намерен предоставлять Москве санкционные послабления до урегулирования конфликта на Украине, однако, по мнению Чепы, это заявление не означает, что санкционная тема не обсуждалась.
«Я думаю, обсуждали и могли обсуждать, что последует вслед за какими-то мирными соглашениями. Вопросы санкций мы и в Анкоридже поднимали. Поэтому здесь комплекс вопросов обсуждался», — предположил депутат.
Таким образом, возвращение России в G20 может стать для Москвы не столько символическим «возвращением за стол», сколько возможностью вновь участвовать в обсуждении глобальной экономической повестки на самом высоком уровне. Теперь многое будет зависеть от того, последуют ли за первым контактом новые встречи и появятся ли за дипломатическими жестами конкретные договоренности.
