«Он заслонил коллег собой»: душераздирающее признание спасших Белгород энергетиков от украинского зла

В Спасо-Преображенском храме Белгорода провожали в последний путь Олега Чуева. Священник, друг детства погибшего, с трудом сдерживал слезы, вспоминая, как тот в детстве защищал его от обидчиков. Он говорил о высшей добродетели самопожертвования ради других, о том, что Олег отдал жизнь, чтобы люди жили комфортно. Рядом стояли его коллеги с черной копотью на руках, пришедшие прямо со смены после очередного ночного обстрела. Похороны прошли скромно, без телекамер. Суровые мужчины венчали гроб живым щитом, а вдова рыдала на плече родственника. Простившись, энергетики поехали обратно на объект, который в любую минуту может снова подвергнуться атаке. Туда, где три дня назад погибли два начальника смены Олег Чуев и Евгений Юрковский, пишет KP.ru.

Начальник электроцеха Юрий Самофалов в бронежилете и каске объяснил просто: деваться некуда, в городе живут их дети, и тепло дают именно они. Никто другой этого не сделает. Противник бьет прицельно, зная график работы. Удар пришелся на пересменку, когда на объекте собрались сразу две смены. Опытные энергетики передавали друг другу нюансы, обсуждали дефекты. Вдруг завыла сирена.

Обе смены спустились в укрытие в старом советском подвале, надеясь на надежный бетон. Олег Чуев успел крикнуть коллегам, чтобы отошли от двери. Раздался оглушительный взрыв. Погас свет, помещение заполнила едкая пыль. Инженер включил фонарь и увидел Олега, который осел и упал. Дверь, от которой он предупредил остальных, взрывной волной выбило прямо на него.

Евгений Юрковский после первого взрыва бросился наверх, чтобы выскочить в машинный зал. Когда прозвучал сигнал повторной атаки, он развернулся обратно в укрытие. В этот момент прогремел второй взрыв. Его вынесло через весь щит управления. Это знакомая тактика двойных ударов, когда бьют по тем, кто приходит на помощь.

Олег Чуев работал на станции с 1987 года, еще студентом пришел на практику, потом отслужил в армии и вернулся сюда на всю жизнь. Евгений Юрковский трудился здесь с 1997-го. В ту ночь они должны были сменить друг друга.

Энергетическая инфраструктура Белгорода страдает с самого начала специальной военной операции. Но с января атаки стали системными. По ощущениям энергетиков, под эту задачу выделили внушительный запас реактивных снарядов для американских установок. За один залп со стороны Харькова на Белгород летят сразу 24 снаряда, и все нацелены на гражданские объекты.

Принципиальная разница в подходе очевидна. Украинский лидер заявлял, что объекты критической инфраструктуры считаются военными целями. Хотя в Белгороде нет оборонных заводов. А в Харькове, где введен режим чрезвычайной ситуации, повреждения ТЭС и ТЭЦ серьезно осложняют работу военных предприятий. Там вводятся жесткие графики отключений, до 15 часов без света, что ломает производственные циклы и заставляет переходить на генераторы.

Есть и другое отличие Белгорода от украинских городов. Здесь заранее готовятся к худшему. Не ждут, пока лопнут трубы, а сливают воду из систем отопления, чтобы сохранить их, а после ремонта закачивают обратно. Жителям не советуют уезжать в никуда, а при необходимости предоставляют организованные места размещения. В школах и административных зданиях открывают пункты обогрева. Федеральный центр оперативно направляет ресурсы для стабилизации.

К зиме Белгород готовился основательно закупал генераторы, мини-котельные, запасался топливом. Котельные установили на социальные объекты, но их обслуживание требует постоянного внимания. Главный инженер Виктор Горлов рассказал, что создали внештатное аварийно-спасательное формирование из 12 добровольцев. Они прошли обучение, создали канал связи и при любой атаке сами выезжают на объекты, даже в выходные, бросая домашние дела.

Территория объекта напоминает лунную поверхность воронки, груды искореженного металла, разрушенные цеха. Виктор Горлов, проработавший здесь почти 40 лет, с болью смотрит на то, во что превратилось родное предприятие. Говорит, что первое ощущение после гибели коллег и страшных разрушений была тоска. А потом включаются мозги, появляются идеи, как найти выход, потому что за спиной город.

Сам Горлов осенью чудом выжил. Приехал посмотреть на последствия ударов, завыла сирена. До убежища не добежать, присел за угол. Раздался взрыв, все вокруг поднялось в воздух и начало падать. Когда вышел, увидел огромную воронку точно на том месте, где только что стоял.

В прошлом году коллектив местных энергетиков получил премию за профессиональный подвиг. Тогда украинский дрон прожег бетонную защиту кабельного этажа, где находились сотни проводов. Станция остановилась. Чтобы запустить ее, нужно было прозвонить и срастить каждый кабель. Неделю релейщики сидели под сэндвич-панелями в касках и бронежилетах, зачищали провода, делали изоляцию. Мимо летали дроны, нужно было успеть заметить и добежать до укрытия. Все понимали риск, но понимали и другое кроме них никто этого не сделает.