Эксклюзив

Антон Хабаров: «Я подкаблучник, но в хорошем смысле»

Культура и спорт
   
Фото: [ Ксения Угольникова/Пресс-служба МГТ ]

Антон и Елена – два студента Щепкинского училища – стали жить вместе в конце лета 2000 года. С тех пор две судьбы сплелись в одну, и именно этот знаковый момент отмечают Хабаровы, а вовсе не день свадьбы. Антон рассказал корреспонденту «Подмосковье сегодня», что он думает о раннем браке для сына и в чем секрет его счастливых отношений – дома и на сцене.

ЖЕНА МУДРАЯ, ОНА МЕНЯ УДЕРЖИТ

– Антон, почему вы отмечаете не годовщину свадьбы, которая состоялась в 2004 году, а именно момент, когда съехались?

– Регистрацию в ЗАГСе не считаю чем-то серьезным. Для меня лично отсчет ведется от того времени, когда мы стали жить вместе. Мы сошлись сразу, мгновенно. А своим детям я не буду советовать читать книги про любовь, потому что в реальности все совсем не так. Литература от жизни отличается так же кардинально, как белое от черного. Я ненавижу стереотипы, что актеры, тем более однокурсники, не могут быть вместе. Мол, вас связывает только общий интерес. Все это полнейшая чушь.

– У вас вообще из семьи это идет: у родителей тоже ранний брак. Вы родились сразу после окончания родителями школы. А сыну уже 15 лет. Если он придет через два года и скажет: «Пап, я влюбился, буду жить с девушкой»?

– Я не готов к такому. Буду очень переживать за правильный выбор и не только, это всегда очень волнительно. Хотя мои родители никогда не лезли в мой выбор, но тем не менее. Они, видимо, более демократичные люди. Но я постараюсь держаться. Жена мудрая, она меня удержит.

– Банальный, но важный вопрос: в чем секрет долгих крепких отношений?

– Мы любим друг друга, у меня другого ответа нет. Не то что мы каждый вечер при свечах слушаем классическую музыку, а между нами птички поют. Мы и ругаемся, и обижаем друг друга. Когда 22 года прошло, ты знаешь самые больные места и можешь их задеть. Это обычная семья. Но за это время мы пришли к пониманию, что наши недостатки уже нас веселят, а не раздражают. Люди, которые не прожили вместе столько лет, вряд ли меня поймут. Наверное, я подкаблучник, только в хорошем смысле этого слова. Потому что у нас как обычно подкаблучника представляют? Это какой-то слабачок. Я не слабак, но дома, например, я не хозяин. Какой из меня может быть хозяин, если я не знаю, где что лежит. Все время в командировках. Вообще, мужчинам трудно принять, что женщины в общей массе сильнее их. И какие-то важные финансовые решения принимаю я, но все остальное лежит на Лене. Это не «домострой», с этим легко жить и даже приятно.

ЗНАЕТ КАК ОБЛУПЛЕННОГО

– Вы раньше с женой только в театре пересекались, а недавно снялись в роли пары в сериале «Триггер». Как вы, обе артистические личности, сосуществуете на одной площадке?

– С Леной мне сниматься не просто комфортно: качество моей игры вырастает вдвое. Важно, чтобы партнер тебе верил. Это с кем-то незнакомым я могу, грубо говоря, надеть костюм, и мне будет достаточно, чтобы партнерша мне поверила. Но Лена меня знает как облупленного, и уже не «сядешь» на технику или еще что-то. Чтобы мне пробиться к такому партнеру, как Лена, а ей ко мне, нужна другая степень погруженности. Перед своим близким не притворишься другим человеком, если ты очень сильно не проработаешь образ.

– Какие у вас творческие планы на ближайшее будущее?

– Никаких планов и особых желаний у меня нет. Очень спокойно живу. Прямо сейчас меня занимает роль Григория Орлова в фильме «Великая. Фильм второй». Я езжу в Государственный исторический музей, дружу с консультантами, профессорами. Вообще увлечен этим периодом. А еще я работаю в Московском Губернском театре. Сегодня «Дядя Ваня» Чехова, за который я получил премию Андрея Миронова. Это третья моя премия, я ее очень ждал. Хотя актеры часто говорят, что премий им не нужно, – ничего подобного, нужно! Чтобы заметили продюсеры. Ведь после премии мне пошли совершенно другие сценарии, более серьезные роли и проекты.

– А если выбирать между театром и кино, к чему лежит душа?

– Кино нужно, чтобы заработать на жизнь, а театр – чтобы быть успешным в профессии. В кино невозможно развиваться. Например, в театре у меня репетиция два дня по 12 часов. Все это время мы репетируем 12 эмоций для «Вишневого сада». Вы представляете, как «накачиваются» эмоциональные мышцы? А в кино у меня на репетицию сцены будет минут 20, поэтому на съемочной площадке я быстренько выдаю то, что я наработал в театре.

Автор:
вверх