Анастасия Шестакова: «Аксиньино – село на старой Звенигородской дороге»

12:48, 31 июля 2019

Анастасия Шестакова – краевед, исследователь истории села Аксиньино г.о. Одинцово. За последние семь лет Анастасия собрала большое количество материала об истории села: взяла интервью у нескольких десятков старожилов, составила более шестидесяти генеалогических схем для семей коренных жителей Аксиньино, обнаружила забытые древние некрополи и селища. Итогом работы Анастасии стала книга в двух томах, представленная в электронном варианте, но пока еще не изданная на бумаге.

– Расскажите, как вы заинтересовались историей села Аксиньино?

– В 2012 году я ушла в декретный отпуск, появилось больше свободного времени, и я занялась генеалогией семьи. Потом поиск расширился до генеалогии всего Аксиньино: я сделала родословные всем коренным жителям села. Это более шестидесяти генеалогических схем, где я проследила предков до XVII века. Параллельно я брала интервью у старожилов, собирала черно-белые снимки из семейных альбомов коренных жителей. Стало интересно, как и почему зарождались фамилии.

Когда я занималась генеалогией, копились вопросы, и я начала ездить в архивы. В итоге, я собрала достаточный материал для книги. Сейчас  она представляет собой два тома по четыреста страниц каждый. В книге много архивных изысканий.  Например, я обнаружила прямо в центре села Аксиньино древний забытый некрополь XV века. Оказывается, никто точно не знал, где находилась деревянная церковь села Аксиньино, стоявшая до каменного храма XIX века. Я нашла точное место расположения этой церкви. Частично древний некрополь уже застроен, дома стоят прямо на костях.

– Что-то сохранилось от этого некрополя?

– Да, мы вызывали археолога, который определил, что достаточно большой участок некрополя сохранился. Надгробных плит уже нет, но в земле до сих пор находятся погребения. Когда я брала интервью у старожилов, некоторые вспомнили о том, что плиты вывезли в военные годы. Древний храм разобрали из-за сильной осыпи берега Москвы-реки еще в XIX веке. Примерно за триста лет осыпалось пятнадцать метров берега вместе с остовами, и много костей уплыло в реку.

Новая дорога, которую проложили в 1978 году, прошла в стороне от села, а старая Звенигородская дорога, которая шла из Москвы и по которой ездил царь Алексей Михайлович, шла прямо через Аксиньино. Я живу на участке, где до революции стоял дом волостного правления. Мой прапрадедушка Герасим Васильевич Филиппов был главой Аксиньевской волости, в которую входило тридцать восемь селений. Я нашла в архиве дело о выборах, на которых большинство голосов из всех селений отдали за Герасима Васильевича. Дом волостного правления был кирпичный, и это было единственное кирпичное здание во всем селе Аксиньино, не считая церкви. Дом не сохранился, потому что в революционные годы его разобрали по кирпичу на печки и фундаменты домов, но участок закрепился за моим прапрадедушкой. Когда разобрали дом волостного правления, прапрадедушка поставил свой дом, который перешел по наследству нашей семье. Этому дому уже больше ста лет.

Я нашла документ в архиве, что в нескольких саженях от нашего дома стояла древняя церковь, упоминавшаяся еще в XV веке. Многие почему-то праздновали день рождение села, отсчитывая годы с первого его упоминания в 1448 году, но это неправильно, потому что в первой разъездной грамоте за этот год уже значилась церковь. Это значит, что село было образовано раньше. Я нашла план генерального межевания, где были указаны точные координаты церкви, стоявшей недалеко от бывшего дома волостного правления. Когда деревянную церковь разобрали, на ее месте построили деревянную часовню, а новую кирпичную церковь построили в другом месте подальше от осыпи. Я нашла в архиве эскизы часовни, которую разобрали в революционные годы. По этим эскизам мы с помощью благотворителей села Аксиньино установили точно такую же новую часовню.

Я делала запрос в ГУКН – Главное управление культурного наследия – для того, чтобы присвоить статус объекта культурного наследия Аксиньино и окружавшим его селищам. Село было небольшое, в нем было примерно восемьдесят домов, но при селе были еще деревеньки в несколько домов. Например, у высохшей речки Барсучки, которая когда-то впадала в Москва-реку, находилось средневековое селище Дешино. Мы установили на его месте крест, информационную табличку. В Дешино работал археолог и нашел много интересного: железные украшения, осколки от керамики и посуды.

– Вы нашли селище по архивным документам?

– Да, упоминание о нем есть в разъездных грамотах. Так назывались документы, где велась перепись всех сел и деревень. Переписчик отмечал деревню Дешино при селе Аксиньино, где было примерно 7-10 домов. Помимо средневекового селища, недалеко от нас находится древнее селище дьяковской культуры примерно V века нашей эры. Там тоже было поднято много интересных старых украшений из металла, керамики. Эти находки теперь хранятся в музее Саввино-Сторожевского монастыря. Еще одно селище находилось за бывшим старообрядческим кладбищем. Сейчас это действующее и единственное кладбище в селе Аксиньино.

– Почему в Аксиньино было старообрядческое кладбище?

– На архивных картах это кладбище указано как старообрядческое. Изначально всех людей, которые относились к приходу нашей деревянной церкви, хоронили в селе рядом с церковью, «при Боге», а старообрядцев хоронили отдельно. По клировым ведомостям видно, что много старообрядцев жило в Аксиньино и в ближайших деревнях Палицы, Синьково. Я нашла потомка старообрядческой семьи, который до сих пор живет в Аксиньино. Фамилия у их предков была Ревокатовы. Сохранилась запись в метрических книгах о том, что они перешли в Православную Церковь где-то в конце XIX века. Потомки уже не относят себя к старообрядцам, но в семье как реликвии до сих пор хранятся старообрядческие книги.

– Что-то осталось от старообрядческого кладбища?

– Нет, ничего не осталось. Не сохранились и первые могилы рядом со старообрядческим кладбищем, когда на этом месте уже стали хоронить всех православных. Правда, уцелело немало выкинутых старых белокаменных надгробий с высеченными, но плохо читаемыми буквами. У меня есть идея, и я уже взяла у батюшки благословение, чтобы собрать эти надгробия в одном месте и сделать что-то вроде музейной экспозиции. Это тоже наша история.

Со временем, бывшее старообрядческое кладбище разрослось, и начали хоронить прямо на старых могилах. Практически не осталось первых погребений. Мой прапрадедушка Филиппов Герасим Васильевич тоже был похоронен на этом кладбище, но, к сожалению, его могила утрачена. Он умер в 1941 году, когда началась Великая Отечественная война.

– Немцы были в Аксиньино?

– Рубеж обороны проходил в поле рядом с Аксиньино, на котором встретились немцы, пришедшие из Палицей, и наши солдаты-сибиряки из Дунино и Иславского. На этом поле несколько дней шли ожесточенные бои. В данный момент активисты Палицей и Аксиньино ставят на учет это поле, чтобы уберечь его от застройки. Моя двоюродная бабушка сидела в окопах около кладбища и видела, как к ним заходили немцы. Враг все-таки дошел до кладбища села Аксиньино, поставил там свои пулеметы и стрелял прямо по домам. Все жители были эвакуированы в Иславское.

За селом Аксиньино раньше было большое болото. Аксиньино вообще многие называли островом, потому что его со всех сторон окружали заливные луга, болото и суходолы. Бабушки-старожилы рассказывали, что они плыли на лодках, чтобы добраться до земли, ведь транспорт раньше в село не ходил. Во время разлива крайние дома стояли буквально в воде. Болото начали осушать еще в 1913 году, а полностью осушили перед тем, как начали строить дорогу в 1960-х годах. Для этого вырыли котлован глубиной семь метров, чтобы убрать всю кашу и засыпать туда песок.

В селе почти не было кустарников и деревьев. Только осокоря сажали в конце улицы. Это делалось для того, чтобы уберечь дома во время ледохода. Бабушки рассказывали, что когда шел лед, все бросали работу, бежали на самый высокий берег и смотрели на это «шоу», как огромные льдины находили друг на друга. Толстые льдины, которые могли двигаться непрерывно по три дня, подходили прямо к домам и могли даже снести постройки. Сейчас такого нет: тонкий лед быстро тает. Старожилы говорили, что шум от ледохода был такой, что его было слышно в другом конце села.

Большая звенигородская дорога шла в центре села, поэтому наши односельчане во все века страдали от нашествия неприятеля. Средневековая деревня Дешино исчезла, потому что ее уничтожили литовцы и повстанцы в Смутное время. В 1812 году в деревню пришли французы и сожгли почти все дома. Каким-то чудом осталась деревянная церковь, хотя и была разграблена: из нее вынесли серебро, образа. Французы разграбили и сожгли дома дьячка и священника. Это было пятое войско под предводительством Богарне. Оно сначала стояло в Звенигороде, но из Саввино-Сторожевского монастыря Богарне ушел, не тронув обители. По совету приятельницы я заказала в Париже книгу воспоминаний офицера на французском языке, где мне попалось упоминание о пребывании их войска в селе Аксиньино. Мне перевели часть воспоминаний, где шла речь о Звенигороде, и там подтверждалась легенда, ходившая в Саввино-Сторожевском монастыре, о том, что Богарне не сжег монастырь после чудесного явления старца. В книге легенда передана немного по-другому, но там есть точные цитаты разговора со старцем. В моей книге, когда она будет издана, я приведу эти воспоминания.

Бабушка рассказывала мне, что ее дедушка видел тела увязших в болоте в Аксиньино французов. Когда французы ушли, прапрадед шел на работу по тропке вдоль болота, которую знали только местные: чужой человек увяз бы там. Кстати, коровы и лошади тоже шли аккуратно по этой тропке, и ни одно животное никогда не увязало. Посередине болота находился островок, где был выпас коров и лошадей. Там дедушка моей бабушки, идя по тропинке, увидел останки французских солдат, точнее, торчащие из болота руки с перстнями на пальцах. Местные жители, как православные христиане, естественно, боялись трогать перстни – снимать что-то с умершего человека считалось грехом. Позже я узнала, что черные копатели находили в этих местах французские перстни, что подтвердило бабушкины рассказы.

– Какие старые здания сохранились в селе, кроме церкви?

– У нас в селе сохранилась одна старая постройка, которая сложена из каменных блоков. На главной Береговой улице напротив часовни стоит бывшее здание магазина. Под пластмассовыми реечками остались те блоки, которые видны на старой черно-белой фотографии, которую дала мне одна местная жительница. На той же фотографии заметна вывеска, на которой читается надпись: «Лавка строителей». Я нашла в архиве документы на эту столярную артель, которая была основана еще до революции. Позже артель закрыли и сделали в здании мельницу. Люди подъезжали на телегах с мешками, засыпали туда зерно, и потом получали в эти же мешки муку. Мололи непосредственно в здании, и мой дедушка, к слову, работал там мельником.  Когда мельница закрылась, в доме открыли клуб, где крутили фильмы. Последнее время там был магазин.

– Вы говорили, что древнюю церковь сломали, а каменную построили на новом месте из-за осыпи берега. Как это происходило?

– В конце XVIII века мой предок Филипп Кондратьев был старостой деревянной церкви, которая стояла на берегу. В архиве сохранились запросы в Духовную консисторию, написанные его рукой, о том, чтобы установить церковь на каменный фундамент. До этого церковь была деревянная и стояла без фундамента. В итоге, он добился, чтобы построили новую деревянную церковь на том же месте на берегу реки, но уже на фундаменте. Позже, когда двор церкви упал в речку, новый кирпичный храм возвели подальше: на том месте, где он стоит сейчас.

Любопытна история, как поступили со старым престолом. Его преднамеренно сожгли, считая, что святыню нельзя выбрасывать. Хранитель музея Саввино-Сторожевского монастыря Дмитрий Александрович Седов нашел очень интересную книгу с описанием того, как сжигали старый престол в Аксиньино. Автор книги шел мимо села по большой дороге и увидел странное действо, которое решил записать в дневник. Нам очень повезло, что он шел мимо, когда сжигали престол древнего храма. Он написал, что несколько священнослужителей несли престол на головах, спустили его к реке, где уже заранее был сделан плот. Все местные жители не работали в этот день, встали на крутом берегу реки и наблюдали за тем, как сжигалась древняя святыня. Это действо проходило около трех часов, и никто не двигался с места, не уходил, пока оно не закончилось. Священник Андрей Ламский, служивший в Аксиньино более тридцати шести лет, произнес речь, которая звучит будто послание для потомков. Он сказал, что мимо места, где стоял прежний храм, нельзя проходить, но каждый раз нужно обязательно поклониться ему и перекреститься. Местные жители забыли об этом святом месте, и только сейчас мы, потомки, начали вспоминать его и поставили там часовню.

Этот священник жил при церкви и был погребен около нового каменного храма. Надгробных памятников не сохранилось, но его останки все еще лежат в этой земле. Я выяснила, что на прицерковном кладбище погребено около пятнадцати человек: два священнослужителя, включая Андрея Ламского, и члены их семей. Более полувека на погосте ничего не было, и даже по снимкам старожил видно, что на могилах устроили футбольное поле. В советское время не чтили святыню, а храм закрыли, вероятно, в 1928 году. Мы с батюшкой будем думать, как увековечить память погребенных у алтаря и, вероятно, поставим памятный крест.

Здание церкви в советские годы использовали под совхозный склад, хранили детские кроватки, потом – яровые и даже бахчу. Какое-то время продавали мясо из местного совхоза, и даже на церковных стенах писали, кому и сколько мяса сбыли. В 1941 году, когда по селу стреляли немецкие пулеметы, была затронута левая стена церкви, и упал крест. Есть рисунок  в дневнике немецкого офицера Линке, где он изобразил, как падает крест с купола нашего храма.

Местные жители после войны мальчишками залезали в храм, и нашли там кожаную сумку с записками русского генерала, донесениями, погонами… В записках был дореволюционный шрифт, с твердыми знаками на концах слов, но куда эта сумка пропала – неизвестно.

– Что мотивировало вас продолжать и не бросать работу над книгой?

– Я уже давно пишу книгу, и в какой-то момент устала, отложила ее на несколько месяцев. Вдруг, делая какие-то земляные работы, когда муж расширял подвал, я нашла старинную перьевую ручку. Наш дом поставили в начале прошлого века, поэтому она могла быть такого же возраста. Муж сказал, что это знак, чтобы вновь взяться за написание книги.

За время работы из шестидесяти интервьюеров уже ушли в мир иной более десяти человек. Надо быстрее издавать книгу, чтобы ее прочитали те, кто еще остался. В селе живет много старожил, которым девяносто и более лет. Моя бабушка умерла в 91 год, одна местная жительница – в 102 года. Занимаясь генеалогией села, я пришла к удивительному выводу, что все коренные жители Аксиньино приходятся друг другу родственниками в том или ином колене.

Антон Саков

© 2019 Права на все материалы сайта принадлежат mosregtoday.ru
вверх