Екатерина Золотарева: «Павловская фабрика – уникальный памятник Подмосковья»

15:24, 10 июля 2019

В центре села Павловская Слобода Истринского района сохранился уникальный для Подмосковья архитектурный ансамбль Павловской суконной фабрики начала XIX века. К сожалению, сегодня ценный комплекс, в котором размещались гренадерские казармы, артиллерийский склад и советская войсковая часть, находится в полуразрушенном состоянии. С 2015 года библиотекарь Екатерина Золотарева регулярно проводит экскурсии по руинам заброшенной военной части – бывшей фабрики. Цель экскурсий и популяризаторской работы Екатерины – привлечь внимание к исчезающему подмосковному памятнику.

– Здания бывшей военной базы и суконной фабрики выглядят так, будто были разрушены войной. Когда на самом деле они приобрели такой вид?

– Многим не верится, что исторические здания еще в 2015 году находились в хорошем состоянии: были целы стекла, крыша, имелось электричество, вода, канализация, отопление. Достаточно было сделать косметический ремонт, чтобы использовать эти здания для других целей, но пока решался вопрос, кому принадлежит земля, видимо, нашлись люди, которые хотели зачистить территорию и пустить под застройку. Осознанно или по простой халатности здания одно за другим начали поджигать. Только за 2015 год было семь пожаров. У всех корпусов были деревянные перекрытия, поэтому от исторических построек в итоге остались лишь стены. Тем не менее, стены простоят еще сто лет, если их не будут намеренно разрушать люди.

– Какова история комплекса зданий бывшей военной базы?

– В XVIII веке нашим селом владел Павел Иванович Ягужинский – фаворит Петра I. Он был сыном бедного органиста из Литвы, в детстве пас свиней, начинал как чистильщик сапог, а потом поступил на военную службу и сделал головокружительную карьеру. Павловское стало принадлежать Ягужинскому в 1730 году уже после смерти Петра I, который при жизни поощрял отечественное производство. Ягужинский основал здесь фабрику, выпускавшую сукно, в том числе и для армии. Он был женат на Анне Гавриловне урожденной Головкиной, которая уже после смерти Ягужинского попала в Лопухинское дело и была сослана за участие в заговоре в Якутск. Если вы смотрели фильм «Гардемарины, вперед!», то эта история как раз про нее.

После Павла Ивановича Ягужинского фабрика перешла его сыну Сергею. Он пытался заниматься расширением производства, но едва не разорился. Причиной была введенная государственная монополия на сукно. Возникли трудности и из-за характера самого Сергея, которого больше интересовало не фабричное дело, а кутежи. В 1800 году император Павел I выкупил фабрику у Сергея Ягужинского и велел построить на ее месте казенное суконное предприятие. Почти все сохранившиеся здания и стены из красного кирпича с белыми колоннами относятся как раз к этому периоду, то есть к самому началу XIX века. 

Фабрика была грандиозна по размаху: она рассчитана на две тысячи человек. Это уникальный архитектурный комплекс для Подмосковья, включающий около десятка исторических зданий. Производство сукна – это довольно длительный  и многоэтапный процесс. Каждое здание имело свою функцию. На фабрике имелась сушильня, стригальня и ворсильня, прессовая, литейный корпус, прядильно-чесально- паровой корпус, склады-магазины…. Кстати, у Ягужинского фабрика работала на водяной мельнице, а с начала XIX века, судя по названию одного из корпусов, имелся уже паровой котел.

Еще одно огромное здание – это ткацкий корпус. Здесь находилось восемьдесят ткацких станков, за которыми работали и мужчины, и женщины. Это были крепостные, в том числе дети от десяти лет. Производственные корпуса делали красивыми и величественными, соответствующими статусу царской фабрики.

Просуществовала казенная суконная фабрика до 1859 года, а затем император Александр II велел ее закрыть. Он посчитал, что производить сукно в государственных масштабах уже нерентабельно, и что этим должны заниматься частные лица. Как раз во второй половине XIX века развитие производства и техники автоматизировалось, упрощалось, и стало невыгодно содержать здесь огромное предприятие. Фабрика выполнила свою задачу, потому что в середине XIX века каждый четырнадцатый солдат русской армии был одет в мундир, сшитый из Павловского сукна.

В 1877 году в здания фабрики перевели штаб и батареи 3-й артиллерийской бригады, и с тех пор комплекс стали использовать под казармы и военные нужды. Позднее здесь разместились части 2-й гренадерской артиллерийской бригады. В 1906 году при казармах построили храм во имя Архангела Михаила – покровителя военных. Храм вмещал шестьсот человек: практически всю бригаду. Алтарная часть сохранилась сравнительно неплохо, и ее вполне возможно восстановить. Настоятель Благовещенского храма отец Владислав просил, чтобы помещение отдали церкви, и это оправдано, ведь бывших храмов не бывает и земля, где стоит храм, освящена. В XX веке на территории казарм появился новый интересный объект – двухэтажный бункер, частично располагающийся под землей. Символично, что этот бункер тоже вмещал в себя шестьсот человек, как и храм, построенный в 1906 году.

В XX веке в зданиях казарм расположились артиллерийский склад и советская воинская часть. С началом Первой мировой войны гренадерская бригада ушла на фронт и обратно сюда уже не вернулась. В 1921 году в здания казарм по приказу Ленина был переведен Московский арсенал, который находился в Кремле еще со времен Петра I. Когда Ленин перенес столицу из Петербурга в Москву, иметь в Кремле под боком арсенал стало в прямом смысле огнеопасно, поэтому его перевели в освободившиеся гренадерские бригады в Павловскую Слободу.

Среди корпусов есть одно здание, которое немного отличается своей отделкой и, кроме того, ценно еще в культурном контексте – это бывшее офицерское собрание. Оно связано с Чеховым, а для Истринского района Чехов – это знаковое имя. Сам Антон Павлович здесь не был, но его брат Иван, который работал учителем в Истре – тогдашнем Воскресенске – завел у этого здания важное знакомство. Как-то зимой Ивана Павловича пригласили сюда на бал, и каково же было его удивление, когда после бала те офицеры, с которыми он приехал, не стали возвращаться в Воскресенск, а остались ночевать в Павловском. Ивану утром непременно нужно было оказаться в Воскресенске и открыть школу, иначе он потерял бы работу. В этот момент к нему на санях подъехал человек и предложил место. Оказалось, что это Киселев, владелец усадьбы Бабкино. Когда Иван все-таки потерял работу, хотя и по другой причине, Киселев предложил ему место гувернера для своих детей. Таким образом, Иван и его семья, в том числе Антон Павлович Чехов, перебрались в Бабкино. Антон Павлович прожил там три лета, сочинил большое количество произведений. Это произошло благодаря судьбоносной встрече, которая случилась именно здесь в гренадерских казармах.

Вообще у этой территории есть много названий: кремлевский арсенал, артиллерийский склад, военная база, войсковая часть 67714…. Артиллерийская база стала сильным, можно сказать, «градообразующим» предприятием Павловской Слободы. Многие жители работали здесь. У меня, например, тринадцать родственников проработало в войсковой части в разное время, в том числе оба дедушки.

– Вы говорили о разрушениях от огня, а каков урон для исторических зданий от других действий злоумышленников?

– Огнем были уничтожены деревянные перекрытия и прочая обстановка, но кругом валяются груды кирпичей, которые разрушены не огнем – это сделали люди, работавшие отбойником. Во время экскурсии, я поймала людей, которые незаконно вытаскивали из кирпичных стен железные балки. Их действия я сняла на телефон, обратилась в полицию, но мне сказали, что дело возбуждать не будут из-за отсутствия состава преступления. После этого я выложила ролик в фейсбуке, и только после этого власти решили сделать субботник и закрыть, наконец, территорию от посторонних. Я регулярно уже четыре года вожу экскурсии, и каждый раз вижу все новые разрушения и новые потери.

– Вы сказали, что водите экскурсии с 2015 года, а как давно вы заинтересовались это темой?

– Гораздо раньше. Еще в четвертом классе мне попала в руки книжка «По берегам Истры и ее притоков», и я писала сочинение про Павловскую Слободу, где жили тогда мои бабушка и дедушка. Из этой книги я брала материал, там было написано и про бывшую суконную фабрику. Тогда у меня пробудился интерес к краеведению. Потом я переехала жить в Павловскую Слободу, стала работать в библиотеке и заниматься краеведением. Мечтала водить экскурсии и окончила курсы экскурсоводов.

В библиотеке Павловской Слободы, где я работаю, есть несколько клубов: литературное общество «Зов души», экскурсионный клуб «Ветер странствий» и краеведческий клуб «Слобода заповедная». Его раньше вел Александр Николаевич Гольцев, а сейчас он перешел на чисто архивную исследовательскую деятельность. Он добывает ценные материалы, а я пытаюсь их популяризировать.

– Кроме вас и Александра Николаевича есть ли еще кто-то в инициативной группе, борющейся за сохранение зданий бывшей суконной фабрики?

– Есть еще Константин Косенков в Дедовске, который подавал документы на получение статуса памятника культурного наследия, другие заинтересованные люди, но как таковой группы нет. Есть энтузиасты-одиночки, поэтому, наверно, так сложно все продвигается.

– Попытки как-то использовать эти помещения уже предпринимались?

– Когда из зданий выходила воинская часть, сразу были поданы документы о признании этого ансамбля памятником культуры. Насколько я знаю, его признали объектом культурного наследия, а землю передают или уже передали г.о. Истра. Сохранить можно лишь фасады, потому что пока шел бюрократический процесс, все остальное успели сжечь.

Еще до пожаров был проект сделать в корпусах войсковой части филиал Русского музея: привозить картины, создать интересный туристический кластер. К сожалению, проект остался не осуществленным. Сейчас идет поиск инвестора. Эта миссия почти не выполнима, потому что нужен не просто бизнесмен, а отчасти альтруист, который бы любил наши места. Нужно вложить много денег в проект, который нескоро окупится. Статус объекта архитектурного наследия предполагает жесткие рамки по восстановлению и использованию зданий: нужно будет отчитываться буквально за каждый сантиметр, поэтому мы понимаем, что не каждый инвестор возьмется за это дело. Мы все равно надеемся, что такой человек найдется и хотя бы частично восстановит здания, например, полковой храм Архангела Михаила.

В селе могла бы появиться ухоженная территория, которая использовалась бы под нужные для населения учреждения. Здесь можно поместить школу, спортивные клубы, офисные площади, МФЦ, банковское отделение. В то же время важно, чтобы нашлось место и для культурной составляющей. Моя мечта, сделать в одном из исторических помещений бывшей войсковой части музей. У нас в Павловской Слободе нет краеведческого музея, а история у села богатейшая. Я бы хотела, чтобы туда перевели и нашу библиотеку, с помещением которой большая проблема.

– А что за проблема с библиотекой?

– Наша библиотека имеет очень давнюю историю: она была впервые основана в Павловской Слободе в 1872 году при церковно-приходском училище, но ей могли пользоваться не только учащиеся, а и местные жители. Сейчас в библиотеке, которая с тех пор сменила несколько зданий, проходят лекции, есть клубы по интересам, проводятся встречи с интересными людьми. У нас выступали Татьяна Касаткина, Михаил Павловец, Андрей Новиков-Ланской, Леонид Клейн, Борис Евсеев и другие. Это запредельный уровень для сельской библиотеки.

Проблема в том, что нас хотят соединить с детской библиотекой и переселить в маленькое и непригодное для полноценной работы помещение. По факту, нам останется небольшая комната в пятьдесят метров, в которой четыре двери и три окна. Вместе с детской библиотекой у нас суммарно 25 тысяч книжного фонда и в такое помещение книги не войдут. Нам предложили списать 70% фонда, что фактически означает ликвидацию библиотеки. У нас очень хороший фонд, я его всю жизнь копила и собирала по крупицам. Своими руками выбросить 70% книг я не способна.

Вопрос, ради чего нужно убить две хорошие библиотеки – детскую и взрослую – и сделать из них одну плохую без книг? Решение это принимает КДК, в составе которого мы находимся. Они хотят сделать вместо библиотеки какие-то кружки, танцы, так как руководство считает, что для этого у них слишком мало места. Непонятно только, почему это нужно делать за счет библиотеки? Библиотека с историей, с налаженной работой, в том числе краеведческой, будет ликвидирована. Нам дали приказ, освободить нынешнее помещение к 1 сентября, но, в конце концов, библиотека существует не для начальства, не для чиновников, а для жителей, и если будет резонанс, если жители решат, что им нужна библиотека с книгами, то так и будет.

– В заключении, давайте вернемся к теме заброшенной войсковой части. Какова была ее судьба во время Великой Отечественной войны?

– Это очень важная страница истории этого места. Линия фронта проходила всего в трех километрах от Павловской Слободы, поэтому еще в октябре 1941 года оборудование и сотрудники части были эвакуированы в Кировскую область. Фашисты знали место нахождения военной базы, они рвались к Москве и, естественно, по пути хотели захватить такой стратегически важный объект. Четвертого декабря 1941 года в районе Покровского и Падиково, которые переходили из рук в руки, шли ожесточенные бои. В это время пришел приказ заминировать и взорвать базу, чтобы ничего не оставлять фашистам.

Комендант базы Константин Тарасович Саллангин попросил, чтобы ему разрешили привести в действие взрывное устройство как можно позже. Он понимал, что при взрыве погибнут все здании базы и, кроме того, разнесет половину села. В итоге, Константину Тарасовичу доверили миссию взорвать базу только тогда, когда фашистские танки пройдут по центральной улице Ленина. Уже пятого декабря началось контрнаступление в Павловской Слободе, а шестого – контрнаступление в целом по Истринскому району. База в итоге не была уничтожена, но только благодаря этому человеку, который самоотверженно принял на себя такую миссию, когда уже был приказ ее заминировать и взорвать. Выходит, фашисты не дошли до Павловской Слободы, здания не разрушили, а в наше мирное время мы сами довели их до состояния руин.

Антон Саков

© 2019 Права на все материалы сайта принадлежат mosregtoday.ru
вверх