Илья Соснер: «Парк в Спасском-Телешово достоин стать мемориальным»

12:30, 14 августа 2019

В начале XIX столетия князь Владимир Семенович Львов приобрел имение Спасское-Телешово, ставшее семейным гнездом «солнечногорской» ветви князей Львовых. На территории Спасской церкви в Солнечногорске уцелел самый крупный некрополь этой княжеской фамилии. Потомок князей Львовых Илья Юрьевич Соснер рассказал в интервью порталу «Подмосковье сегодня» об истории семьи, которую исследует с 1980-х годов, и поделился своим проектом увековечивания памяти князя В.С. Львова в Солнечногорске.

– Илья Юрьевич, когда вы осознанно заинтересовались историей своей семьи?

– С детства моя бабушка рассказывала вместо сказок истории нашей семьи, а я, обладая хорошей памятью и хорошим воображением, запоминал. После армии примерно в 1982 году я попал в контору, где было довольно много свободного времени и еще неплохая служебная библиотека с дореволюционными изданиями, в том числе с историками Соловьевым и Ключевским. Листая эти книги, я начал натыкаться там на знакомые по рассказам бабушки события и имена. Это и послужило спусковым крючком дальнейших событий. Позднее, я записался в Ленинскую библиотеку, где стал брать и другие книги – искать. При этом столкнулся с бюрократической затеей: имея техническое образование (строитель и архитектор), в гуманитарный 3-й зал меня упорно не записывали. Пришлось идти к руководству библиотеки, доказывая, что хочу читать именно те книги, какие я хочу.

Там же я нашел в фондах изданный в XVIII столетии дворянский Гербовник, где впервые увидал герб своих предков. Позднее я начал восстановление нашей семейной истории заново и делал это на протяжении многих и многих лет. Убежден, что любой человек, который поставит перед собой подобную благую цель, и идущий правильной дорогой, всегда достигнет желаемого. Всегда. А человек, который не интересуется прошлым семьи и предками – сильно обделяет себя и своих потомков. Но это все происходит от царящего вокруг мещанского бескультурья, увы…

Приведу пару примеров интересных находок в ходе моего поиска. Как-то в архиве в Калуге я просматривал дела Калужской мужской гимназии. Открыл фискальный журнал поведения гимназистов (кондуит), и там увидал запись о своем прадеде – князе Валериане Львове. Он был оставлен в классе на два часа после занятий за то, что на уроке французского языка издавал пищащие звуки. И вот этот полный мужчина с усами со старой фотографии, окруженный своими детьми, передо мной неожиданно увиделся мальчиком-шалуном, которому было ужасно скучно учить французские глаголы.

Другой пример: в Военно-историческом архиве на Бауманской (Москва) я смотрел фонды лейб-гвардии Семеновского полка, где так же служили предки. Там я обнаружил, что, начиная с 1747 года, мой пращур служил в одной роте с Александром Васильевичем Суворовым… Целых пять лет. Восьмая рота этого полка как бы заменяла в то время кадетский корпус – была его прообразом. Здесь обучались военному ремеслу молодые дворяне из хороших семей. Мало того, Львов был выпущен в армию с чином прапорщика в один день с Суворовым. Мой пращур не стал делать карьеру и, позднее, стал помещиком, родив пятерых сыновей. А вот Александр Васильевич стал всемирно известным освободителем стран Европы в войнах с армиями Наполеона. Не берусь утверждать, что Львов и Суворов были друзьями, но то, что знакомы – это факт! У меня нет портрета пращура, но я знаю изображение Александра Васильевича Суворова. Его лицо как будто выступило из мрака прошлого и стало не обычной тенью истории, а чем-то таким осязаемым и… близким!

Подобные моменты при историческом семейном поиске весьма трогательны и дают много сил для его продолжения. Я желаю всем читателям газеты воспользоваться этой возможностью – искать. Да, это сложно и долго. И вам не вывезут тележку с уже найденными и с собранными предками, как делалось в некой программе по генеалогии на Первом канале ТВ. Здесь надо кропотливо неделями, месяцами и годами искать: где один след ведет за собой другой, а одна ниточка потянет за собой иную. Так я стал изучать историю семьи и страны, а через нее искать и самого себя…

– А кем вам приходятся «солнечногорские» Львовы?

– У нас общий и давний предок – князь Степан Федорович Львов, который был при дворе царя окольничим. У его сына Якова было три жены. От первых двух его жен родились Алексей и Сергей, а от последней – Никита. Живущие ныне Львовы происходят из потомства Никиты, а «солнечногорские» Львовы пошли от Сергея. У Алексея же были одни дочери. Это было 7 поколений назад…

Я нашел документы, где князь Никита Яковлевич, пользуясь предоставленным ему отпуском от воинской службы, отсутствовал три года, за что был разжалован Петром I в солдаты. И ему пришлось вновь подниматься по служебной лестнице до своего прежнего офицерского чина. Дальше по службе он не пошел, но зато был два раза женат и, собственно, его стараниями Львовы существуют до сих пор. Из потомства князя Сергея Яковлевича вышло масса таких известных людей как: председатель Временного правительства (1917 года) князь Георгий Евгеньевич Львов, директор Московского училища, ваяния и зодчества, покровитель юного художника Маяковского и других творцов князь Алексей Евгеньевич, директор Московского архива Министерства иностранных дел (до 1917 года) князь Владимир Евгеньевич. Кстати, четвертый их брат князь Сергей Евгеньевич оставался «на своем хозяйстве», и был в этом так же талантлив… А ведь эти братья Львовы приходились родными дядьями тех княжон, которые перед самой революцией владели землями окрест современного Солнечногорска.

Предок «солнечногорских» Львовых – князь Семен Сергеевич Львов был губернским прокурором в Калуге, а позднее и в Туле, замеченный и приближенный к управлению краем наместником М.Н. Кречетниковым. Один из его сыновей князь Дмитрий Семенович Львов позднее был даже начальником калужского ополчения в 1812 – 1814 годах. Это ополчение князь провел по Европе, где по указу императора Александра I вместе с другими силами оно было оставлено для окружения и блокировки неприятельских сил в первоклассной крепости Данциг (ныне Гданьск, Польша). Там стоял гарнизон из сорока тысяч французов, поляков и итальянцев. В сражениях под Данцигом Львов многократно отличился и позднее получил ордена и генеральский чин. Кстати, он один из трех генералов в нашем роду.

Брат Дмитрия Семеновича – князь Владимир Львов участвовал в Московском ополчении и даже в Бородинском сражении 1812 года. Ранее он выгодно, в кавычках, женился на воспитаннице девицы Лопухиной – Марии Францевне, чья фамилия до сих пор мне неизвестна. В приданное за ней Владимир Семенович Львов получил, а вернее – выкупил, обложенное прежними долгами имение Лопухиных в Спасском-Телешово Клинского уезда Московской губернии.

– Что значит в данном случае «воспитанница»? Этим словом называли внебрачных детей знатных особ?

– В данном случае категорически нет. Да, в тот период очень часто случались неравные связи, где от постельницы или от красивой крепостной у дворянина рождался ребенок, которого называли потом воспитанником. Фамилию и сословие он не наследовал, но отчество давали фактического отца. Такими были, например, романтический поэт В.А. Жуковский – сын А.И. Бунина и президент Академии художеств И.И. Бецкой – сын князя И.Ю. Трубецкого. У Лопухиных, кажется, не было Францев, и поэтому напрашивается вывод, что Мария была дочерью какого-то близкого семье человека, который возможно ранее и жил в их доме…

Патримониальные отношения того времени для нас пока остаются не полностью ясными. Например, в Римской империи существовали определенные отношения синьора и его так называемых клиентов. При богатом и знатном доме всегда были люди, которые кормились там, но за это как бы обязанные выполнять определенные требования, например, вооруженной рукой вставать за спиной патрона или исполнять любые его прихоти и поручения. Эта часть общества называлась в ту эпоху клиентелой. Мы можем перенести подобную матрицу на Россию XVII - ХVIII века, где вся система построения и распределения власти называлась по-иному, но смысл ее и функции оставались теми же. Как и сейчас, кстати. Правда, это несколько упрощенный взгляд.

Князь Владимир Семенович был в общем-то небогатым дворянином, да и в основном все Львовы были небогатые – им приходилось служить, чтобы прокормить семьи. Тогда в семьях всех сословий России было много детей: ведь телевизора и сериалов не существовало – чем заняться людям? Львов, женившись и, выкупая имение, тем самым подписал долговые обязательства взять на себя приданное, что оказалось для него неким Троянским конем. Имение было заложено, долги росли – видимо прежние владельцы не занимались хозяйством, а брали под залог земель деньги в Опекунском совете. Раньше дворянин мог зарабатывать на жизнь двумя способами: служа Государю на военном и статском поприще или же собирая урожаи, но прибыльно вести хозяйство умели далеко не все. У дворян имелись земли, но не многие понимали, что с ними правильно делать, поэтому закладывали в Дворянский поземельный банк или в Опекунский совет под проценты. Были и иные механизмы, которые позволяли им как-то существовать. Долги с годами обрастали процентами, а проценты надо было как-то возвращать, поэтому вновь закладывались земли, и все повторялось сначала…

Покупка имения в Спасском-Телешово только первоначально казалась выгодной: ведь туда входили все окрестные земли и деревни, включая и Солнечную гору. Князь Владимир Семенович знал о долгах по имению. В историческом архиве Санкт-Петербурга я нашел документы, где князь подписался в своем приобретении, в том числе и по задолженности Опекунскому совету. Получив Спасское-Телешово, Львов попал в некую долговую яму, из которой выбраться не смогли ни он, ни его потомство. Его сын князь Владимир Владимирович Львов, известный детский писатель, оставлял своих шестерых дочерей практически бесприданницами. Удрученный этим, он… рано скончался.

– Как сложились судьбы дочерей владельца Спасское-Телешово Владимира Владимировича Львова?

– Их было шестеро девочек. Не обо всех из них я знаю подробности судеб. Вот несколько. Княжна Анна Владимировна была очень религиозна и даже хотела на своей части земли в Спасском организовать женскую обитель. Как то по дороге в Тихонову пустынь Калужской губернии она заболела. В сам монастырь паломница Львова приехала уже больная, а монахи ничего лучшего не нашли, как обливать больную тифом женщину холодной водой из «святого колодезя». От этого болезнь еще больше развилась, и спасти врачам ее не удалось – было упущено время. Жалобы Львовых в Синод не привели к результату – дело замяли. Княжна Анна Владимировна похоронена у алтарной части церкви в Спасском-Телешово (ныне район ЦМИС).

Другая дочка – княжна Александра была замужем за сенатором П.В. Голохвастовым. Сделала при императорском дворе неплохую карьеру, потому что ее тетушка была известной фрейлиной двух императриц. У меня есть фотография, где у нее на груди два шифра – портреты императриц, а это высшая награда для фрейлины. Когда тетушка уже не могла выполнять свои обязанности, она порекомендовала на свое место племянницу – дочь князя Владимира Владимировича Львова.

В книге «Любовь в жизни Льва Толстого» я нашел очень интересный пассаж, где описывается, как юный граф Лев Николаевич искал себе супругу. Он обратил внимание на сестер княжон Львовых. Сначала граф ухаживал за одной, потом за другой, приезжал в Спасское-Телешево, и даже пытался объясниться, но что-то не случилось: Толстой уехал, а через полгода женился на Софье Андреевне Берс.

Дочь В.В. Львова – княжна Мария Владимировна вышла замуж за С.С. Волкова – состоятельного человека, который был почти в два раза ее старше. Брак этот состоялся и потому, что семье покойного Владимира Владимировича трудно было жить. Мария Владимировна родила мужу двух детей, имела возможность жить за рубежом в Англии.

У другой дочери – княжны Елизаветы Владимировны тоже была не очень веселая судьба: в юности на скорости перевернулся экипаж, в котором она ехала, и сильно повредил ей лицо. Хирурги неудачно зашили рану, и девушка всю жизнь стеснялась своего вида, не вышла замуж. Она стала писательницей и купила домик под Одессой, где ее и застала революция 1917 года. Дальнейшая ее судьба мне неизвестна.

Еще одна дочь – княжна Екатерина Владимировна была замужем за князем А.Г. Гагариным, который после революции эмигрировал в Париж. Они потомства не оставили, но зато, будучи фотографом-любителем, князь Александр Гагарин оставил значительное наследие своих снимков. Большой альбом с ними мне переслали из Парижа уже во времена Перестройки. Я мечтаю познакомить публику с его творческим наследием. Часть снимков (в копиях) уже имеется в фондах местного музея.

Еще одна дочь княжна Софья Владимировна была замужем за А.А. Олениным, уездным предводителем дворянства, который в свою очередь старался помочь семье Львовых после неожиданной смерти Владимира Владимировича. В архивных делах я нашел прошение его вдовы с просьбой выплатить оставшееся казне жалование мужа в семнадцать рублей. Даже эти деньги им были важны. Но ни жалованья, ни пенсии после мужа не дали, хотя князь Владимир Владимирович был в свое время известным человеком. Львов организовал в Москве в 1854 году некий прообраз ВДНХ – первую отечественную сельскохозяйственную выставку. Был многолетним директором Земледельческой школы – сельскохозяйственного училища, которое выпускало агрономов. Князь был известным детским писателем, издателем и цензором, а еще – приятелем И.С. Тургенева. По семейной легенде даже конкурировал с ним за сердце Полины Виардо! Книжка о князе В.В. Львове и с его текстами вышла в 2019 году стараниями энтузиастов из Солнечногорского отделения ВООПИиК под руководством М.В. Воробьева.

– Верно ли, что некрополь князей Львовых в Солнечногорске – единственный из сохранившихся?

– Мне известно еще два существенных и красивых места захоронения Львовых, но их вряд ли можно считать таким же некрополем, как в Солнечногорске. У церкви в Спасском-Телешове находится пять родственных могил, а, скажем, в Питере на Александро-Невском кладбище есть лишь две могилы тоже Львовых, но уже дальней родни солнечногорских. В Москве в Донском монастыре также есть несколько могил недалеко от часовни. Там были похоронены князь Дмитрий Семенович с супругой. Могила самого Львова не сохранилась, а вот его жены и их родственников, умерших младенцев остались…

– Что же в дальнейшем случилось с домом и самой усадьбой князей Львовых в Солнечногорске?

– Здесь, в Солнечногорске с приходом новой власти произошло то же, что и везде: дом отняли, устроили какую-то коммуну. Все разворовали, ничего не сеяли, коров и другую живность забили, а потом коммуна разбежалась. В доме поселили людей, которые пользовались помещением, но за собой не убирали, не прочищали дымоходы. Видимо, дом и сгорел, хотя по местной легенде его разломали в 1960-е годы. Сейчас место, где находился центр имения и стоял господский дом, обнесено забором: там ГИБДД обучает вождению автомобиля. Правда, недалеко еще остались значительные части усадебного парка с четко просматриваемыми высаженными давным-давно правильными аллеями деревьев…

– Были проекты увековечить память о князьях Львовых в Солнечногорске?

– Когда я впервые появился в Солнечногорске лет пятнадцать назад, была идея установить на месте усадьбы памятный знак. Владимир Семенович Львов был участником Бородинского сражения 1812 года. В архиве в фондах документов князя Багратиона я нашел письмо руководителя обороны Москвы графа Маркова – Львову об отпуске его по болезни, как участника знаменитого сражения. Конечно, я уверен, что в Солнечногорске много было и других людей, участвовавших в Бородине и иных сражениях Отечественной войны 1812 года, но документально это не зафиксировано, а я нашел документ, подтверждающий участие в битве именно самого князя В.С. Львова. Отклика у местных властей идея не нашла…

Сейчас появилась новая идея: так как господского дома уже нет, а ставить знак в этой загороженной забором коробке, где тренируются автомобилисты, нет смысла, можно было бы сделать мемориальным сам усадебный парк. Его можно было бы посвятить памяти всех участников Отечественной войны 1812-го года, в том числе и князю В.С. Львову. Это не дорого. Надо расчистить заброшенный лес, проредив его и насадив новые деревья взамен погибших и поваленных. Поставить лавочки, провести свет и установить памятный знак. Думаю, что горожане с радостью поддержат эту идею. Нужно издать брошюру о жизни и деятельности владельцев этих мест. Там есть о чем рассказать…

Этим мы бы выиграли несколько моментов: во-первых – сохранили бы парк, потому что у местных чиновников уже возникала мысль нарезать его на участки и раздать под дачи. Второй момент: мы отдадим дань памяти Львову – участнику Бородина, который, не жалея себя, участвовал в той славной войне.

А я продолжаю заниматься исследованием генеалогии князей Львовых – это интересно, а что будет потом, покажет время. Может быть, Господь в милости своей еще отпустит мне время найти, чтобы достойно написать и издать об этом книгу.

Антон Саков

© 2019 Права на все материалы сайта принадлежат mosregtoday.ru
вверх