Подмосковное село святого доктора

11:52, 01 июня 2020

Церковь Николая Чудотворца в Тишково была построена в 1996 году, она является одной из первых церквей, возведенных в Московской области после окончания советского периода. Однако до 1930-х годов в Тишково существовала и старинная церковь псевдоготической архитектуры. К сожалению, старый храм не уцелел, но осталась память о том, что после 1812 года селом владел известный врач и филантроп Федор Петрович Гааз. За милосердие и любовь к обездоленным современники называли его святым доктором и Божиим человеком, а в Католической церкви не так давно он был и формально причислен к лику блаженных.

В книге 1928 года «Памятники усадебного искусства» мы встречаем фотографию хорошо сохранившейся на тот момент каменной церкви Всемилостивого Спаса в Тишково, а также усадебных построек конца XVIII века. На 1928 год в Тишково еще были целы, кроме церкви, два восьмигранных столба, восьмиугольный флигель, остатки оранжереи с овальным залом, службы, пилоны, парковые трехарочные ворота с круглыми башнями…Однако всего через несколько лет после публикации, в 1930-е годы, все эти постройки, в том числе и редкая по архитектуре церковь с элементами западной готики, были разобраны. Кирпичи от уничтоженного храма пошли на строительство цехов фабрики «Серп и молот» в городе Пушкино и на фундаменты первых корпусов дома отдыха «Тишково».

Храмоздателем церкви Всемилостивого Спаса был Петр Александрович Собакин, представитель знатной дворянской фамилии. Другим знаменитым владельцем Тишково был Михаил Григорьевич Собакин – тайный советник, сенатор, поэт, который известен и малодушным поведением в час вспыхнувшего в 1771 году в Москве Чумного бунта. Незадолго до этого Екатерина II назначила Собакина помощником П.Д. Еропкина в борьбе с эпидемией, но в критический момент, когда разъяренная толпа уже грабила Чудов монастырь, он заперся в своем доме, не укрыл у себя московского архиепископа Амвросия (Зертис-Каменского), которому мятежники угрожали расправой. Об этом событии писал автор мемуаров «Жизнь и приключения Андрея Болотова. Описанные самим им для своих потомков»: «О таковом смятении и бунте услышав, владыка (Амвросий) немедленно поехал из Чудова со мною и в моей карете к Михаилу Григорьевичу Собакину в надежде там переночевать, яко у холостого человека. Мы застали его больного в постели и от набатов в великий страх пришедшего. Мы принуждены были его оставить». Впоследствии императрица отстранила Собакина от службы, а через год он умер.

Собакины владели усадьбой в Тишково с 1792 по 1812 годы, а потом у села появился новый хозяин – святой доктор Федор Петрович Гааз. Фридрих Иосиф (таким было его настоящее имя) родился недалеко от немецкого города Кельн в 1780 году. Его дед был врачом, а отец – аптекарем. В России молодой доктор оказался случайно: вылечил бывшего в Европе русского вельможу Репнина и по его настойчивому приглашению переехал в Москву.

Широкая деятельность доктора-филантропа Гааза началась с 1825 года, когда он стал главным городским врачом, а вскоре князь Д.В. Голицын пригласил его в Московский попечительный о тюрьмах комитет. Вот как описывал А.Ф. Кони доктора в те годы: «Ему было 47 лет, он постоянно носил костюм своих молодых лет, напоминающий прошлое столетие… ездил, по тогдашней моде, цугом, в карете, на четырех белых лошадях. Обладая в Москве домом и подмосковным имением в селе Тишках, где он устроил суконную фабрику, Гааз вел жизнь серьезного, обеспеченного и пользующегося общественным уважением человека…» Однако в конце жизни от респектабельного образа не осталась и следа: «Быстро исчезли белые лошади и карета, с молотка пошла оставленная без хозяйского глаза и заброшенная суконная фабрика, бесследно была продана недвижимость, обветшал оригинальный костюм…» Доктор Гааз истратил все свои деньги на помощь бедным и заключенным. Когда в 1853 году Федор Петрович скончался, у знаменитого на всю Россию врача не нашли средств даже на собственные похороны…

Пересыльная тюрьма в Москве, откуда будущие каторжане пешком выдвигались в Сибирь, была устроена в особенном, можно сказать, сакральном месте. По задумке царя Александра I и архитектора Витберга грандиозный Храм Христа Спасителя – памятник войне 1812 года – должен был появиться на Воробьевых горах, а не на его нынешнем месте недалеко от Кремля. Однако недобросовестность подрядчиков, многочисленные злоупотребления и хищения денег остановили предприятие: Витберга судили и выслали из Москвы, а на Воробьевых горах стройка была заброшена. Тем не менее, от нее остались пустые казармы для рабочих, здания кузниц, мастерских, различные хозяйственные помещения. Их-то и стали использовать, переоборудовав, для новой пересыльной тюрьмы. Сюда на протяжении многих лет несколько раз в неделю приезжал доктор Гааз, чтобы напутствовать заключенных, лично пообщаться со многими из них, отыскать в толпе больных, старых и немощных, чтобы избавить их от изнурительного пути.

Федор Петрович оставался католиком, но свою жизнь посвятил служению страждущим преимущественно православного вероисповедания. Он отдавал все силы на улучшение быта заключенных, на оказание им полноценной медицинской помощи, ходатайствовал перед высшими властями о помиловании или о смягчении приговоров. Он приобрел огромную популярность в народе как заступник самых презираемых в обществе людей. Кроме того, в толпе преступников, собиравшихся на Воробьевых горах, было и много осужденных ошибочно, за мелкие проступки, потерявших паспорт, и просто случайных людей.

Д.А. Ровинский вспоминал, как будучи чиновником комитета по помилованию стал свидетелем столкновения доктора Гааза с его председателем митрополитом Филаретом (Дроздовым). Федор Петрович в своей речи вновь заступался за «невинно осужденных», однако митрополит резко прервал доктора: «Вы все говорите о невинно осужденных… Таких нет, если человек подвергнут каре – значит, за ним есть вина». Доктор Гааз эмоционально ответил: «Да вы о Христе позабыли, владыко!» Московскому митрополиту мало кто мог прекословить, однако тут Филарет смиренно признал правоту доктора. «Не я о Христе позабыл – Христос меня позабыл!» – произнес святитель.

В 1841 году доктор Гааз напечатал огромный тираж собственной духовной книги для арестантов «А.Б.В. христианского благонравия. Об оставлении бранных и укоризненных слов и вообще неприличных на счет ближних выражений или о начатках любви к ближнему». В ней Федор Петрович приводил множество текстов из Евангелия и апостольских посланий, проповедующих христианскую любовь и прощение, и включил в нее ряд нравоучительных рассказов. Эту небольшую книгу святой доктор дарил каждому арестанту, отправлявшемуся с Воробьевых гор по этапу. Также он выдавал и маленькую сумочку, чтобы ссыльному было куда убрать книгу в пути. На отдельных листках узники получали тесты двух молитв – Фомы Кемпийского «О подражании Христу» и молитву Ефрема Сирина.

В своем завещании владелец Тишково доктор Федор Петрович Гааз писал: «Торопитесь делать добро! Умейте прощать, желайте примирения, побеждайте зло добром. Не стесняйтесь малым размером помощи, которую вы можете оказать в том или другом случае. Пусть она выразится подачей стакана свежей воды, дружеским приветом, словом утешения, сочувствия, сострадания, – и то хорошо…Старайтесь поднять упавшего, смягчить озлобленного, исправить нравственно разрушенное».

Память о связи подмосковного села с именем знаменитого доктора хранится в Тишково и сегодня. О христианских добродетелях врача рассказывают в местном православном приходе Николая Чудотворца, ему посвящена музейная комната в здании почты, а в 2010 году на территории бывшего усадебного парка жителями сельского поселения Ельдигинское был установлен памятный знак.

Антон Саков

© 2020 Права на все материалы сайта принадлежат mosregtoday.ru
вверх