Несочетаемое на тарелке: повар из Раменского поделился рецептами блинов с картофельным пеплом и копченой хурмой

Масленица в Раменском обрела новое звучание. Молодой шеф-повар Эдуард Пен, работающий в ресторанном дворике на территории старинной бумагопрядильной фабрики, предложил взглянуть на привычные блины иначе, сообщил REGIONS. Три авторских рецепта, рожденные в его семейной кухне, ломают стереотипы о праздничном меню.

Эдуард — продолжатель кулинарной династии. Его отец стоял у истоков московской суши-культуры, мать переняла южно-корейскую традицию кулинарии. Сам Пен-младший не сразу нашел себя: попытки сменить профессию только подтвердили, что его место — у плиты. Сегодня авторская кухня притягивает гурманов со всего округа. К Масленице он подготовил три блина, каждый со своим характером.

«Блин-флешбек к детству» возвращает в воспоминания о костре и печеной картошке. Внутри — картофельная масса с пеплом из шкурки, стружка копченого тунца, жареный лук, трюфельный крем и мисо-соус. Все это дополнено хрустящей нитью катаифи — тем самым тестом, что прославило дубайский шоколад. Азиатская нота вплетается в ностальгию, создавая новый вкус.

Другой блин — дуэт копченой хурмы и сулугуни. Хурму обжигают и коптят вручную, сыр томят в сливках и разбирают на волокна, как страчателлу. Сладкая мякоть, легкий дымок и солоноватая нежность сыра встречаются в неожиданной гармонии. Подача тоже удивляет: рваные лоскуты блина соседствуют с аккуратными ломтиками хурмы, а завершает композицию съедобная фиалка.

Третий вариант — «Что-то на богатом». Здесь тартар из отборной говядины сочетается с невесомым «снегом» из фуа-гра. Дерзко, элегантно и, безусловно, запоминается, уверен повар.

Эдуард Пен считает, что не разрушает традиции — он вступает с ними в диалог. В его блинах есть место и детству, и роскоши, и экспериментам. Главное, что после каждого угощения хотелось бы улыбнуться.

Ранее сообщалось, что достопримечательности Балашихи ИИ «подал с блинами со сметаной».