Рубины, сапфиры и турмалины: какие драгоценности реально работают как способ сохранить деньги
REGIONS: экономист Головецкий рассказал о доходности драгоценных камней
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi80L3N2YWRlYm55ZS1rb2x0c2Etb2JydWNoYWxueWUta29sdHNhLWtvbHRzYS1zaXRlLXdpZGVfY0F6N3Rjbi5qcGc.webp)
Фото: [REGIONS/Владимир Ерастов]
Помолвочное кольцо стоимостью 100–150 тыс. руб., купленное для невесты, в подавляющем большинстве случаев не является инвестицией. При попытке перепродажи такое украшение, скорее всего, примут лишь по цене лома. Об этом в беседе с REGIONS заявил декан факультета экономики и менеджмента Московского областного филиала Президентской академии, профессор, кандидат экономических наук Николай Головецкий. Эксперт также объяснил, когда покупку драгоценностей еще можно считать вложением средств.
Как пояснил Головецкий, на фоне падения доходности по депозитам многие россияне стали чаще поглядывать в сторону ювелирки как на альтернативный способ сбережения. Однако массовые украшения, по его словам, для этой цели почти бесполезны.
«Есть два основных маркетинговых хода, на которых играют продавцы. Первый — „магическая энергетика“ камней, второй — обещание, что вы покупаете подарок и одновременно делаете выгодное вложение. В реальности розничная цена и реальная стоимость — две большие разницы», — подчеркнул Головецкий.
Реальный инвестиционный потенциал, считает профессор, есть только у эксклюзивных экземпляров. Речь, уточняет он, об изделиях с редкими драгоценными камнями высшей пробы — рубинами, сапфирами, изумрудами, александритами или уникальными турмалинами, а также о продукции прославленных ювелирных брендов.
«Цветные драгоценные камни топ‑качества в последние годы действительно показывают высокую доходность, вплоть до 30% годовых. Но это узкий, профессиональный рынок. Обычное помолвочное кольцо из сетевого магазина, пусть даже за 100–150 тыс. руб., к таким активам не имеет отношения», — уточнил эксперт.
Обычные же покупатели, замечает эксперт, осознают, насколько сложно перепродать такое украшение, лишь когда сами сталкиваются с этой проблемой. Золотые кольца и серьги, подчеркивает экономист, не приносят пассивного дохода, и в этом их коренное отличие от классических финансовых активов.
«Человек приносит надоевшее кольцо в ломбард и с удивлением обнаруживает, что россыпь бриллиантов оценивают как лом золота. Камень, купленный в ювелирном, на бирже обычно стоит около половины розничной цены, а в ломбарде дадут и того меньше. Отсюда и разочарование: где обещанная инвестиция?» — отметил эксперт.
:format(webp)/aHR0cHM6Ly94bi0tODBhaGNubGhzeGoueG4tLXAxYWkvbWVkaWEvbXVsdGltZWRpYS9tZWRpYWZpbGUvZmlsZS8yMDE2LzAxLzI1L19tZ18zMjY1LmpwZw.webp)
Фото: [Медиасток.рф]
Привычка держать «резерв на черный день» именно в виде драгоценностей, напоминает Головецкий, осталась у многих с советских времен. Тогда других легальных инструментов для сохранения сбережений практически не существовало, и в условиях тотального дефицита и нестабильности золото действительно выручало.
«Акции могут приносить дивиденды, облигации — купон, вклад — проценты. А кольцо просто лежит. Заработать можно только на росте цены, причем с учетом наценки магазина это крайне сложно. Поэтому рассчитывать, что кольцо через несколько лет удастся продать в разы дороже, — иллюзия для абсолютного большинства покупателей», — объяснил он.
Сегодня, продолжает он, ситуация кардинально иная. Современные ювелирные украшения продаются с огромной розничной наценкой, и вернуть эти деньги при перепродаже почти нереально. Сам подход к покупке, резюмирует профессор, можно не менять, но вот ожидания от нее стоит скорректировать.
«Объективная причина купить кольцо или серьги — порадовать себя или близкого, получить эстетическое удовольствие. Положительные эмоции — это тоже инвестиция, но в качество жизни, а не в финансовый результат. Если же цель именно сохранить и защитить капитал, логичнее смотреть на классические инструменты и специализированные продукты, а не на витрину ювелирного салона», — резюмировал эксперт.
Ранее сообщалось, что в Подмосковье продают помолвочные кольца за 20 млн руб.