Театр «Огниво» в Мытищах перенес на сцену знаменитую повесть Распутина
![Андрей Маленков / Подмосковье Сегодня](https://media.360.ru/get_resized/EUyGTllOryjsWU8jz3w0LxC3OEo=/1920x1080/filters:rs(fill-down):format(webp)/aHR0cHM6Ly9kYTgyNzFiNi1mZjRkLTQ4ZWItOTg0NC0yMTY1MTJiNDMzNGEuc2VsY2RuLm5ldC9hcnRpY2xlcy9pbWFnZS8yMDE1LzIvZDAvODUvMTQ5OTYwNzM1NTE0MzYxOTAzMy5qcGc.webp)
Фото: [Андрей Маленков / Подмосковье Сегодня]
Психологическая драма Валентина Распутина «Прощание с Матерой». Повесть, в которой почти нет диалогов. Разве что внутренний, который писатель ведет сам с собой. И при этом в исполнении... кукол. Понятно, почему мытищинский театр «Огниво» на этой премьере был заполнен до отказа и даже сверх того.
Два года раздумий
- Когда предложили поставить эту повесть, я растерялся – настолько смелым, почти авантюрным выглядело это предложение. Я боялся браться за серьезную литературу. Ее трудно перевести в драматургию, еще сложнее – дать ей сценическое воплощение. А если учесть, что каждое слово Распутина - на вес золота, понять меня сможет каждый, - признался худрук «Огнива» и режиссер-постановщик спектакля Станислав Железкин.
Два года Станислав Железкин вынашивал в голове идею, пока, наконец, не почувствовал, что нашел ту самую ниточку, потянув за которую, размотает весь клубок. Взял в помощники художника Дмитрия Бобровича, сценариста Татьяну Андрееву, и вместе задумались: в чем главная проблема повести? И вывели формулу: в погоне за цивилизацией, удобствами жизни мы потеряли человека в человеке. Нравственные корни ушли на задний план.
В антракте – за цветами
Художник Дмитрий Бобрович для изготовления кукол использовал настоящее старое дерево – без покраски и ретуши. Поэтому старушечьи лица получились такими живыми. Вековые кольца – зарубки времени – заменили морщины.
Для тех, кто не знает – в театре «Огниво» куклы не прячутся за ширмой, они выходят вместе с актерами прямо на сцену. И смотрят в глаза зрителю. Тот не всегда выдерживает этот взгляд. Тем более в таком спектакле, где задают вечные вопросы жизни – о нравственности, доброте, человеческом участии и всепрощении. По признанию режиссера спектакля, самое трудное было – добиться правды.
В антракте, когда опустился занавес, зрители исчезли из зала как один. Все вдруг заторопились на улицу - в ближайший цветочный киоск, чтобы быть готовыми к концу представления. Из-за массового «бегства» антракт затянулся. Зато в зале весь второй акт пахло апрелем.