Оман, Пакистан и Россия: политолог раскрыл, кто строит новую архитектуру безопасности без США

Пока мировые СМИ гадают, почему сорвались очередные американо-иранские переговоры, политолог Вадим Мингалев видит в этом не случайный сбой, а симптом глубокой системной проблемы. По его словам, стороны настолько по-разному видят не только финал, но и саму дорогу к нему, что диалог буксует еще до старта. США делают ставку на блокаду и военную мускулатуру у берегов Залива, а Иран контролирует Ормузский пролив и не готов обсуждать ядерное досье, пока не получит гарантий безопасности судоходства. Об этом сообщают Argumenti.ru.

Эксперт уточнил, что суть предложения Тегерана, переданного через пакистанских посредников, проста до гениальности: три этапа. Сперва — прекратить огонь и получить письменные гарантии, что военных действий против Ирана и Ливана больше не будет. Затем — совместно с Оманом выстроить новую систему управления проливом, то есть легализовать иранский контроль, а не просто снять блокаду. И только на третьем этапе сесть за стол и обсуждать ядерную программу. Вашингтон, в лице Трампа, эту логику отвергает — он хочет сначала ядерных уступок (вывоз обогащенного урана и мораторий на его производство на 10 лет), а потом уже всего остального. В итоге переговоры в Исламабаде не состоялись, а Трамп в интервью Fox News заявил, что больше вообще не будет отправлять делегатов к иранцам. Правда, в Тегеране утверждают, что никакой встречи и не планировалось — это американцы что-то придумали. За этим упрямством стоят не только геополитические интересы, но и личные. Израильскому премьеру Нетаньяху завершение боевых действий грозит не просто политическим поражением, а реальным уголовным преследованием. Поэтому затягивание конфликта ему выгодно как воздух. Часть американского истеблишмента тоже делает ставку на истощение иранской экономики — мол, блокада сделает свое дело, и Тегеран сам приползет сдаваться.

По его мнению, реальность сложнее. Да, в первые дни войны США разгромили большую часть крупных кораблей Ирана. Да, блокада существует, и с ее начала перехвачены уже 38 судов. Однако, во-первых, по сведениям аналитиков, как минимум 34 танкера и газовоза все же прорвались. А во-вторых, иранцы переигрывают противника в самом проливе — за счет нестандартной тактики и знания местных мелей и островков. Более того, американские арсеналы высокоточных ракет оказались серьезно истощены: если в 2026 финансовом году флот вообще не запрашивал таких боеприпасов, то теперь армия хочет почти в восемь раз больше, а флот — сразу 405 штук. Трамп, конечно, обещает в интервью, что иранские нефтепроводы лопнут через три дня от переизбытка давления — потому что страна не может отгружать топливо. Но на деле для успеха блокады нужны месяцы, а не дни.

Политолог резюмировал, что в этой ситуации визит главы МИД Ирана Аракчи в Санкт-Петербург к президенту Путину приобретает особый вес. По пути он заехал в Оман, где призвал создать механизмы коллективной безопасности на Ближнем Востоке без участия США. И есть все основания полагать, что в Петербурге речь пойдет именно об этом: Россия получает уникальный шанс стать не просто посредником между Вашингтоном и Тегераном, а архитектором новой региональной системы, где место гегемону уже не предусмотрено. Тем более что американские транспортники C-17A Globemaster III сейчас активно летают из Германии на базы в Иордании, Бахрейне, ОАЭ и Саудовской Аравии — накачивают союзников оружием, но за стол переговоров пока не садятся. Итог: тупик сохраняется, но чаша весов может качнуться в ту сторону, где Россия предложит не просто перемирие, а новую конструкцию мира.

Ранее он рассказал, почему исход решит Исламабад.