Полгода без президента: историк пояснила, почему Венесуэла балансирует между США и Россией

Ровно полгода минуло с того момента, как Каракас потрясла дерзкая силовая операция, в результате которой президент Николас Мадуро оказался в Нью-Йорке, а в Венесуэле, казалось бы, должно было наступить ясное завтра. Однако вместо стабилизации страна погрузилась в зыбкую фазу политической консервации, где формальная власть принадлежит исполняющей обязанности Делси Родригес, но реальные рычаги управления зависают в воздухе. Мадуро, хоть и находится за океаном, продолжает числиться главой государства в официальных бумагах, а его временная преемница не решается сделать решающий шаг к полноценному лидерству, создавая тем самым уникальную ситуацию двоевластия и скрытой междоусобицы. Об этом сообщает Pravda.Ru.

По словам историка Дарьи Митиной, чтобы понять, что сейчас происходит внутри страны, нужно заглянуть в ее экономическое сердце — нефтяную отрасль. Здесь произошла настоящая революция: монополия государственной PDVSA рухнула, уступив место новому закону об углеводородах, который распахнул двери для иностранных гигантов вроде Chevron и BP. Формально это выглядит как привлечение инвестиций, но на деле контракты с ними пока существуют лишь на бумаге, а реальные работы по модернизации инфраструктуры буксуют. Параллельно Каракас делает неожиданный дипломатический кульбит, восстанавливая экономические связи с теми, кто раньше избегал Венесуэлы из-за страха перед санкциями, — например, с Индией, которая вновь начала закупки нефти. При этом российские проекты, формально сохраняя юридическую силу, заморожены, а сама Москва наблюдает за происходящим с осторожностью, ожидая прояснения от Вашингтона.

Она резюмировала, что последствия такого положения дел ощущаются на всех уровнях. Внутри правящей партии чавистов нарастает раскол: сторонники Мадуро теряют влияние, их места занимают люди, лояльные Родригес, а некоторые союзники бывшего президента и вовсе оказались за решеткой или выданы США, как это случилось с Алекса Саабом. Это вызывает острое недовольство патриотически настроенных кругов, тогда как оппозиция, странным образом, сохраняет пассивность. Однако, несмотря на кадровые перестановки, в регионах и муниципалитетах старые кадры чавистов по-прежнему крепко держат власть, что исключает мгновенный коллапс системы, но делает ее все более рыхлой.

В итоге Венесуэла сегодня напоминает корабль, который пытается удержаться на курсе, одновременно перестраивая свой двигатель на ходу. Жизнь простых граждан остается тяжелой: инфляция не сдает позиций, а небольшой рост добычи нефти до 1,2 миллиона баррелей обеспечивается лишь за счет распродажи старых запасов, а не реального развития сектора. Америка, по сути, получила доступ к ресурсам, но финансовый эффект для нее пока скромен, и весь этот кейс для Трампа — скорее способ продемонстрировать быструю победу. Россия же, потеряв привычные рычаги влияния, пока вынуждена лишь наблюдать, как Венесуэла медленно переписывает свою историю, балансируя между утраченным суверенитетом и жесткими требованиями глобального игрока.

Ранее политолог Паймушкин рассказал, сможет ли Венесуэла стать новым Пуэрто-Рико.