Эксперт дал оценку 21-му пакету санкций ЕС против России

21-й пакет санкций Евросоюза не принес сюрпризов — это рутинное расширение уже действующих ограничений, не способное кардинально повлиять на российскую экономику. Такую оценку в беседе с Новости Mail дал профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ, эксперт клуба «Валдай» Станислав Ткаченко. По его словам, многомесячные согласования внутри ЕС показали: европейцы боятся собственных санкций больше, чем Россия, и стремятся минимизировать ущерб для себя.

По мнению Ткаченко, каждый новый пакет ограничений заставляет российские банки и компании перестраивать логистику, менять платежные каналы и уходить от западного ПО. Но адаптация занимает от трех до шести месяцев — и бизнес продолжает работать. Поэтому эффект от очередных санкций эксперт называет не более чем «бумажной угрозой».

Переговоры между Еврокомиссией и странами-членами, по словам Ткаченко, были посвящены не тому, как сильнее ударить по Москве, а тому, как не навредить себе. Греция, владеющая около 20% мирового торгового флота, добилась исключения для перевозок российского СПГ в третьи страны. Германия и Португалия заблокировали запрет на импорт российской рыбы — в финальную версию документа эта мера не попала.

Эффект от нового пакета, по оценке эксперта, будет негативным, но не критическим — он может замедлить рост экономики, но не остановит развитие страны. Ткаченко считает, что «потолок санкций» уже достигнут. Пользуясь биржевой терминологией, ограничения ЕС находятся в «боковом тренде»: количественно они растут, но качественно ничего нового не несут.

В 22-й пакет, по прогнозу, могут добавить еще 50–100 физических лиц и 20–30 компаний. Эксперт с иронией подсчитал: в России проживают более 146 млн человек и десятки тысяч фирм. Если темпы расширения списков сохранятся, Брюссель сможет пополнять их еще сотни тысяч лет.

ЕС уже обнародовал 21-й пакет — под ограничения попали 218 физических и юридических лиц. Отмечается, что по числу новых позиций этот пакет стал рекордным за последние четыре года. Но, как подчеркивает эксперт, рекорд — количественный, а не качественный.