Публицист призвал жестко карать за «ядовитый поток очернительства», а не за мысль

Мы живем в эпоху, когда право на публичное слово стало доступно каждому, но вместе с ним стирается грань между гражданской критикой и подрывной деятельностью. Как отмечает публицист Илья Игин, сегодня необходимо четкое различение: с одной стороны — осмысленное слово гражданина, заботящегося о стране, с другой — ядовитый поток систематического очернительства, где любое решение власти заранее объявляется провалом. Такая «критика», основанная не на изучении, а на слепой враждебности, уже перестает быть ошибкой и превращается, по его мнению, в форму измены не чиновникам, а самой исторической судьбе Родины. Об этом сообщают Argumenti.ru.

По его словам, исторические параллели, такие как оборона Ленинграда, показывают, что подобные «дискуссии» могут подрывать основы коллективной памяти и жертвенного подвига, без которого не было бы и самих критиков. В цифровую эпоху это оружие стало еще опаснее. За кажущейся стихийностью злобных постов и комментариев часто стоят отточенные технологии внешнего влияния, уже использованные Западом для «цветных революций». Интернет превращается в платформу для методичного разрушения доверия к государству изнутри, что ставит под угрозу сам национальный суверенитет.

Эксперт пояснил, что поэтому у государства не только есть право, но и долг защищать целостность «народного тела». Это не месть и не подавление инакомыслия, а необходимая «гигиена народного духа» — хирургическое вмешательство, позволяющее отсечь деструктивное влияние и сохранить общую волю к развитию. Закон должен быть суровым и ясным инструментом, карающим не за мысль, а за целенаправленное разрушение.

По его мнению, в условиях, когда страна, пережившая тяжелые исторические испытания, строит свое будущее, терпимость к внутренним подрывающим силам становится роскошью, которую она не может себе позволить. Судьба России важнее права на деструктивное слово, и те, кто играет с ее стабильностью, играют с огнем, способным сжечь будущее для всех.

Ранее он раскрыл, как в России находят баланс между силой государства и свободой человека.