Публицист рассказал, что скрепляло народы СССР и какие уроки актуальны сегодня

Вопрос о том, почему в советское время люди разных национальностей часто ощущали невидимую, но прочную связь, сегодня звучит особенно остро. Это не просто ностальгия по прошлому, а поиск формулы единства для настоящего, когда на смену старой идеологии должен прийти современный патриотизм. Мыслитель Илья Игин в своей новой работе исследует эту большую историю через судьбы простых людей, пытаясь понять, что скрепляло общество тогда и какие уроки можно извлечь сейчас. Об этом сообщают Argumenti.ru.

По его словам, ответ кроется не в одной причине, а в сложном сплетении идеологии, политики и повседневной жизни. Советский проект с самого начала создавался как «осажденная крепость», противостоящая внешнему миру. Это ощущение коллективной угрозы и ответственности стало мощнейшим цементирующим фактором. Единство и братство народов были возведены в ранг государственной доктрины, которая материализовалась в гимнах, монументах вроде фонтана «Дружба народов» на ВДНХ и даже в названиях вузов. Но главное — она пронизывала саму ткань бытия. В школах Крыма звучала украинская речь, а в московских институтах изучали грузинскую поэзию. Трудовая мобильность стирала границы: сибиряки и узбеки бок о бок строили новые города. Армейская служба, интернациональные студенческие группы, отдых в общесоюзных здравницах — все это создавало плотную сеть человеческих связей, где общность судьбы ощущалась на бытовом уровне, превращаясь в «воздух, которым дышали».

Эксперт добавил, что распад СССР стал не просто геополитической катастрофой, а болезненным разрывом этой живой ткани. Общее экономическое и культурное пространство, которое десятилетиями созидалось, было расколото новыми границами и валютами. На смену общим телепрограммам пришли национальные медиа, которые зачастую строили идентичность на противопоставлении общему прошлому. В России 90-х на фоне глубокого экономического кризиса и утраты ориентиров общество несло в себе черты атомизации: горизонт людей сузился до вопросов частного выживания. Прежние скрепы ослабли, а новые, основанные на гражданской солидарности, еще не сформировались, что естественным образом ослабило ощущение той самой «особенной связи» между людьми разных национальностей.

По его мнению, итог этого исторического пути — не отрицание прошлого, а его сложное и творческое переосмысление. Опыт СССР показал, что устойчивое единство в многонациональном обществе достижимо. Современная Россия, осознавая это, сознательно выстраивает новые основания для общности. Стратегия государственной национальной политики, законы, защищающие от розни, поддержка культур и языков, масштабные интеграционные проекты — все это элементы новой архитектуры единства. Задача сегодняшнего дня — не вернуться в прошлое, а впитать его главный урок: подлинное братство рождается не только из общей истории и культуры, но и из ощущения совместного будущего, из готовности к диалогу и взаимной ответственности. Это путь, основанный не на забвении, а на мудром понимании пройденного, чтобы строить общее завтра сообща.

Ранее он призвал жестко карать за «ядовитый поток очернительства», а не за мысль.