Сравнимо с убийством: священник раскрыл участь унывающих людей после смерти
Протоиерей Ильяшенко: уныние такой же страшный грех, как и убийство
:format(webp)/aHR0cHM6Ly94bi0tODBhaGNubGhzeGoueG4tLXAxYWkvbWVkaWEvbXVsdGltZWRpYS9tZWRpYWZpbGUvZmlsZS8yMDI1LzA5LzA1LzIwMjUwODE3XzE4MzAyMS5qcGc.webp)
Фото: [Памятник скорбящей матери «Матерям победителей» у Главного храма ВС РФ в парке «Патриот» Одинцовского округа/Медиасток.рф]
В православии не принято делить грехи на мелкие и крупные — любое прегрешение требует покаяния. Однако есть список особо тяжких деяний, так называемых смертных грехов, которые ставят под угрозу само спасение души. В беседе с интернет-изданием «Абзац» настоятель храма Всемилостивого Спаса бывшего Скорбященского монастыря протоиерей Александр Ильяшенко назвал неожиданного «лидера» среди духовных недугов, который разрушает человека не хуже пристрастия к бутылке или воровству.
Речь идет об унынии. Многие привыкли считать его просто затянувшейся хандрой или следствием авитаминоза, но церковь смотрит на это состояние куда строже. По словам отца Александра, уныние стоит в одном ряду с убийством, прелюбодеянием и воровством. Это не просто плохое настроение, а глубокая духовная болезнь, которая обессиливает человека и лишает его главного — надежды на помощь свыше.
«Есть грехи смертные: убийство, прелюбодеяние, воровство, пьянство. И уныние тоже входит в их число. Это такой же страшный грех, потому что он лишает человека надежды на милосердие Божие, он человека обессиливает, опустошает внутренне, духовно, и человек не может бороться со своими грехами, со своими неудачами, с трудностями», — заявил собеседник.
Последствия, по его словам, плачевны по всем фронтам: человек деградирует и духовно, и физически, и даже профессионально. То есть уныние бьет не только по душе, но и по земной жизни, превращая человека в апатичного наблюдателя собственного существования.
Но самый главный вопрос, который волнует верующих, — что же ждет унывающую душу за порогом смерти? Протоиерей Ильяшенко призвал не торопиться с выводами и напомнил, что даже в случае с самым тяжелым грехом нельзя ставить крест на человеке. Все решает покаяние и Божий суд, который, как известно, милостив к искренне раскаявшимся.
«Если человек кается, Господь милует и прощает. Мы все надеемся на милосердие Божие. Каждого из нас ждет суд. Если человек унывал, если он впадал в тоску, если он был маловерен, Господь будет его судить. Но Господь – праведный судия и милостивый», – резюмировал он.
Таким образом, церковь не ставит крест на тех, кто хоть раз в жизни предавался тоске. Шанс на спасение есть всегда, но при одном условии: уныние не должно становиться образом жизни и уж тем более поводом отвернуться от веры. Ведь именно вера, по мнению пастырей, является главным лекарством от внутренней пустоты, которая толкает человека в объятия этого коварного греха.
Ранее сообщалось, что в исламе и христианстве объяснили, почему по-разному относятся к многоженству.