личный кабинет
Мобильные приложения
23 сентября 2018 09:39:43
Общество

Наука на нарах: как жили обитатели спецтюрьмы в Королеве

17:35, 22 марта 2018

В годы СССР на территории Московской области было множество законспирированных режимных объектов, о чем свидетельствуют открытые впоследствии документы архивов спецслужб. Но с одного из них – спецтюрьмы Особого технического бюро в Королеве, в простонародье «Болшевской шараги» – до сих пор не снят гриф «Совершенно секретно». Корреспонденту «Подмосковье сегодня» удалось разыскать родственников работавших там в заключении ученых и пообщаться с краеведами. Они рассказали о производственных открытиях, быте, трагедиях и курьезах одного из самых засекреченных объектов страны.

АНТИКРИЗИСНАЯ МЕРА

Мы с краеведом Владимиром Малых идем по заснеженным дворам проспекта Королева и останавливаемся возле дома № 5б. Это обычная обшарпанная хрущевская пятиэтажка, окруженная старыми липами и соснами.

– Собственно, здесь и были ворота «Болшевской шараги», – говорит Малых. – Территория спецтюрьмы тянулась на несколько гектаров в сторону железной дороги, где сейчас проходит улица Сакко и Ванцетти.

Владимир Малых переехал в Королев (тогда он назывался Калининградом) еще мальчишкой в 1949 году. Говорит, что часто проезжал на велосипеде мимо загадочных строений, окруженных высоким забором с колючей проволокой. Что располагается там, внутри, никто из горожан не знал. Но, судя по тому, что дежурившие на вышках автоматчики постоянно гоняли ребят, собиравших в окрестном леске дикую клубнику, объект был явно секретный, и держаться от него следовало подальше.

Лишь спустя много лет Малых узнал о великом и тайном назначении спецпредприятия, по соседству с которым он жил в детстве, и глубоко проник в его потрясающую историю.

– По большому счету, создание в 1930-х годах сети шарашек стало проявлением попытки модернизации военно-промышленного комплекса страны, – объясняет краевед. – Его уровень в то время сильно отставал от мирового, несмотря на все усилия правительства. К тому же репрессии сделали свое дело. На предприятиях было арестовано огромное количество ведущих инженеров, что, понятно, сказалось на производстве.

ТЮРЬМА-СКАЗКА

А страна стояла на пороге большой войны. Нужно было срочно что-то делать. И придумали! «Вредители» должны были не прозябать в тюрьмах и лагерях, а работать по специальности на благо страны под чуткой охраной органов ОГПУ. Быстро перебрали анкеты инженеров, осужденных или находящихся под следствием, составили список. Помещение для них нашли около деревни Болшево.

– Это была База № 1 Коминтерна, – поясняет Малых. – Здесь изготавливали фальшивые паспорта для советских разведчиков. Три барака. В первом расположили спальню и здравпункт, во втором – столовую и охрану, а третий отвели под конструкторское бюро.

С конца 1938 года в Болшево начали свозить специалистов из лагерей и тюрем всего СССР. Условия в шараге по сравнению с лагерными были сказочными. Как рассказывает Малых, заключенные спали на белом чистом белье, а не на соломе, ели не баланду, а почти ресторанную пищу. Например, стандартный обед состоял из мясного наваристого борща со сметаной, бифштекса с гарниром и компота. При этом спецконтингент мог даже заказывать блюда в столовой. На территории шараги были фруктовый сад, волейбольная площадка, где осужденные играли в свободное время.

НЕОЖИДАННЫЙ АРЕСТ

Самый известный заключенный «Болшевской шарашки» – авиаконструктор Андрей Туполев, на чьих самолетах мир летает до сих пор.

С внуком прославленного ученого Андреем Туполевым мы встретились в музее при ПАО «Туполев», где он работает помощником генерального директора предприятия.

– Тема ареста и работы в шарашке для деда была полностью закрыта, – разводит руками собеседник. – Он же давал подписку о неразглашении. Но дело не только в этом. Он не хотел это вспоминать. О том, что происходило тогда, мне известно лишь со слов отца и его друзей.

До октября 1937 года Андрей Николаевич занимал пост руководителя завода № 156 и главного инженера Главного управления авиационной промышленности наркомата тяжелой промышленности – был обласкан властью. Поэтому арест стал для него абсолютной неожиданностью.

– Арестовали также и бабушку, – продолжает Андрей Алексеевич. – Отца сразу исключили из пионеров, квартиру опечатали. Они с сестрой оказались фактически на улице. Мебель выставили на продажу в комиссионном магазине с клеймами НКВД.

Официально Туполеву предъявили обвинение в сотрудничестве с французской разведкой. Уже после перестройки, когда рассекретили архивы НКВД, его сын ходил знакомиться с делом. Как говорит Андрей Алексеевич, он вернулся сам не свой. Сказал, что в документах увидел показания людей, которым авиаконструктор безгранично доверял.

ЗАСТАВЛЯЛИ СТОЯТЬ СУТКАМИ

Туполева не пытали, не били. Просто было незачем.

– В тюрьме его заставляли сутками стоять неподвижно, – опускает голову Андрей Алексеевич. – А у деда отсутствовало одно легкое. После такого что угодно подпишешь.

В итоге Туполев согласился работать в шарашке, но при условии, что из заключения освободят его жену Юлию. Когда авиаконструктора перевели в «Болшевскую шарагу», первое время, как говорят, он не расставался с тюремной котомкой, в которой прятал куски зачерствевшего ржаного хлеба. Все никак не мог привыкнуть к здешнему изобилию.

Его сразу же вызвало местное начальство и потребовало составить список известных ему арестованных авиаконструкторов.

– У него рука дрожала, когда он писал эти фамилии! – включается в разговор директор музея Владимир Ригмант. – Думал, что если кто-то остался на воле, их арестуют. Написал 200 человек, фактически весь цвет авиапромышленности. Не могли же посадить всех! Но из этих 200 лишь трое оказались на свободе…

На самом деле, указав этих людей, Туполев, получается, спас их. Вырвал в почти санаторные условия из беспросвета тюрем и лагерей, где они могли погибнуть от болезней или от пули. И главное – конструкторы и инженеры получили возможность работать. Не просто валить лес, а заниматься любимым делом.

Деятельность Особого технического бюро организовывали по принципу современных «рабочих групп». У каждого свое направление, свое задание, полученное сверху. Группе, возглавляемой Туполевым, поручили разработать двухмоторный высокоскоростной бомбардировщик, который получил имя Ту-2. Андрей Николаевич задание выполнил.

«ПОБЕГ» НА ФАНЕРНОМ САМОЛЕТЕ

Но с этим связан курьез, имевший печальные последствия. После завершения проекта авиаконструкторы должны были сделать его макет из досок и фанеры. Готовый макет одного из первых четырех моторных вариантов, выставленный во дворе шараги, так походил на настоящий самолет, что однажды летчики, вылетевшие из военного аэродрома в Монине, увидев его, оперативно сообщили в НКВД о ЧП. Рассказали, что «зэки построили самолет и собираются бежать». После этого случая туполевскую группу спешно перевели в Москву. Прощай, фруктовый сад и занятия волейболом на свежем воздухе...

В 1941 году, после пуска в производство Ту-2, Андрея Николаевича освободили со снятием судимости.

– Несомненно, арест и последующая работа в неволе повлияли на личность дедушки, – соглашается внук авиаконструктора. – Он стал жестче. И в его душе поселился страх. Он боялся повторения. Они все этого боялись…

РАЗВЕДКА ИТАЛЬЯНСКОГО БАРОНА

Если Туполев – самый известный обитатель Болшевской спецтюрьмы, то самый необычный, несомненно, его подчиненный Роберто Орос ди Бартини. Человек с потрясающей судьбой – сын итальянского барона, активный член Коммунистической партии Италии, боровшийся с режимом Муссолини.

– На самом деле дед был советским шпионом, – поясняет внук авиаконструктора Олег Бартини. – Когда он получил наследство от дяди в пять миллионов долларов, он полностью его передал Коминтерну на поддержку революционного движения. Дед был раскрыт во время передачи оружия повстанцам, воюющим против дуче, и был вынужден уехать в СССР.

Гениальный изобретатель создал серию инновационных самолетов «Сталь», был главным конструктором СНИИ гражданского воздушного флота. И вдруг в 1938 году – арест. Бартини обвинили в связях с маршалом Михаилом Тухачевским, казненным по подозрению в организации военного переворота, и шпионаже в пользу Муссолини, которого он ненавидел. Полтора года он находился в застенках Лубянки, Бутырской и Таганской тюрем, его пытали, требуя выдать «подельников».

В 1939 году на созданном им самолете «Сталь-7» был установлен мировой рекорд скорости. Говорят, что Сталин на празднике по этому случаю поинтересовался, где конструктор машины. Узнав, что Бартини арестован, вождь велел Лаврентию Берии отыскать конструктора в застенках и отправить в «Болшевскую шарашку» работать.

КРАСНЫЕ САМОЛЕТЫ ДОЛЖНЫ ЛЕТАТЬ БЫСТРЕЕ ЧЕРНЫХ

Там Бартини, измученный и больной, полтора месяца приходил в себя в здравпункте. Когда здоровье Роберта Ороса восстановилось, он приступил к работе в группе Туполева. И ни единым поступком не дал понять, что держит обиду на своих истязателей.

– В тюрьмах дед был оторван от работы, а она была фантастически творческая, – говорит Олег Бартини. – Это как наркотик. В шараге ему дали возможность творить. Девиз деда: «Красные самолеты должны летать быстрее черных». Он ведь предчувствовал войну с фашистами. Он оставался преданным своей новой родине даже после того, как она предала его.

Когда однажды шарагу навестил с обычной своей инспекцией Берия, Роберт Бартини при многочисленных свидетелях дерзко сказал ему, что сидит ни за что. Берия также при всех спокойно ответил: «Знаю, что ни за что. Было бы за что, расстреляли».

Бартини перевели в Москву с группой Туполева, но, в отличие от него, освободили итальянца только в 1946 году.

Еще одним арестантом Болшевской спецтюрьмы, связанным с Туполевым, был знаменитый авиаконструктор Владимир Мясищев. До ареста он работал под началом создателя «тушек» в выделенном из ЦАГИ конструкторском бюро, принимал участие в разработке самолетов ТБ-3 и «Максим Горький».

ЗАБЫТАЯ ИСТОРИЯ

– Причиной ареста Мясищева стала его недавняя поездка в США, – рассказывает друг и коллега авиаконструктора Станислав Смирнов. – Кто-то донес, что он там готовил покушение на Сталина. Чушь полнейшая! Но следователь в тюрьме колотил Мясищева табуреткой по голове, выбивая признание.

Мясищев не выдержал пыток и сознался. Будучи умным человеком, признал только участие в антисоветской деятельности и вредительстве. Это его и спасло. Инженера вместо расстрела приговорили к лишению свободы. А вскоре вытащили из тюрьмы и отправили в Болшево.

В шарашке Мясищев возглавил конструкторское бюро, которое занималось проектированием дальнего высотного бомбардировщика. В конце 1939 года его группу отправили в Москву, где он продолжал работать вместе с Туполевым.

– Помимо групп авиаконструкторов, в «Болшевской шараге» работали и другие специалисты, – подчеркивает Владимир Малых. – Группа морских инженеров разрабатывала проект подводной лодки с дизельным двигателем, артиллерийская группа занималась проектом 120-миллиметровой гаубицы.

По словам Малых, искренний энтузиазм ученых подкрепляло то, что Сталин всем обещал свободу и награду, но только после того, как их разработки будут пущены в производство. И в большинстве случаев он слово свое сдержал. Так, Абрам Кассациер получил Сталинскую премию за создание двигателя для боевых кораблей. Ее же дали Александру Бакаеву за изобретение пороха для «Катюши».

Сейчас Малых сокрушается только об одном: вся память о «Болшевской шарашке» тщательно стерта из истории страны и Подмосковья. В 1953 году объект закрыли и в бараки перевели противотуберкулезный диспансер, а потом и вовсе снесли при строительстве проспекта Королева. Сейчас даже местные жители вряд ли подозревают, что здесь была знаменитая спецтюрьма.

Анна Пенкина

Загрузка...
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, вы должны авторизоваться или зарегистрироваться.
вверх