Омбудсмен Екатерина Семенова: «Сейчас люди не боятся отстаивать свои права»

Общество
   

В России институт уполномоченного по правам человека относительно молодой, но при этом успешно развивающийся. О том, как сегодня помогают гражданам в Подмосковье, какие проблемы вскрыла пандемия коронавируса и как они решаются, корреспонденту «Подмосковье сегодня» рассказала омбудсмен Екатерина Семенова.

НЕ НАВРЕДИ

– Екатерина Юрьевна, какие задачи сегодня решает аппарат уполномоченного по правам человека в Подмосковье?

– Институту уполномоченного по правам человека в Московской области в будущем году исполнится 20 лет. За это время удалось сделать многое. Сейчас наши компетенции – это рассмотрение обращений граждан о возможно нарушенных правах, причем не только жителей региона, а всех, кто находится на территории области. Мы рассматриваем жалобы на действие или бездействие органов государственной и муниципальной власти и проводим правовой ликбез. Сейчас люди не боятся отстаивать права, идти в суд. Мы обладаем правом законодательной инициативы. Не во всех субъектах такая возможность была у уполномоченных. Мониторим законодательство и вносим предложения по актуализации правовых норм.

– В условиях пандемии многие люди столкнулись с непредвиденными трудностями. Увеличилось ли в этой связи количество обращений граждан о нарушении их прав?

– Весной к нам поступило более 1,5 тыс. обращений по вопросам, связанным с Covid-19. Многие касались плохой информированности. Люди были насторожены в отношении ограничений. Мы реагировали на каждую меру и государства, и региона. Выясняли, соразмерна ли она, правомерна ли и не ущемляет ли свободу в опасной мере. Мы исходили из принципа «не навреди» при мониторинге тех мероприятий, которые вводились.

– Есть разница между жалобами, которые поступали весной и сейчас?

– Да. Весной вопросы больше касались обеспечения медицинской помощью и вызова скорой, того, как можно передвигаться, что такое самоизоляция. Мы сделали больше 30 тыс. звонков людям, которые заболели и находились на карантине. Затем начались обращения, связанные с выплатами. Были вопросы у самозанятых в части постановки на учет. В большинстве случаев нам удавалось разрешать проблемы.

Например, к нам обратилась мама, чьи дети и бывший муж прописаны в Подмосковье. Папа с малышами не общается. Сама женщина постоянно зарегистрирована в другом субъекте. Там в выплате на детей от 3 до 7 лет ей отказали, потому что дети не зарегистрированы в этом регионе. А у нас отказали в связи с тем, что она не прописана в Московской области. И эту проблему мы, к сожалению, пока не решили.

Сейчас больше вопросов касается протоколов лечения. Люди интересуются, в каких случаях должна приехать скорая, в каких – прийти врач. Поступают обращения о блокировке карт людям с хроническими заболеваниями. А они должны получать системную медпомощь, и для этого им надо передвигаться по городу. Такие вопросы решаем в ручном режиме.

КОРРЕКТИВЫ ПАНДЕМИИ

– В период жесткой самоизоляции во всем мире участились случаи домашнего насилия. Как этот период прошел в Подмосковье?

– Ко мне количество обращений по этому поводу не увеличилось. Но тема серьезная. И когда приходят такие жалобы, мы всегда помогаем. В области есть социально-­реабилитационные центры для тех, кто подвергся домашнему насилию. Там люди могут пожить какое-то время. Мы помогаем восстанавливать документы, устроиться на работу или встать на учет по безработице, оформить выплаты. При необходимости сопровождаем человека.

– Весной мы пережили дистанционное обучение, частично оно действует и сейчас. В этой связи жалобы были?

– Механизмы дистанционного обучения область использует с конца 90-х годов. В основном оно применялось для детей с ограниченными возможностями здоровья. Если в 2016 году дистанционная форма охватывала 697 детей-инвалидов, то в 2019 году – почти тысячу. Но переход на полный дистанционный формат для всех стал вызовом. Самыми распространенными трудностями в дистанционном обучении при карантине педагоги назвали нехватку у детей компьютеров и мобильных устройств, технические проблемы в школах и отсутствие опыта работы в интернете. Сеть общеобразовательных организаций региона включает в себя более 1,5 тыс. лицеев, гимназий, 49 колледжей, вузы, и отработка механизмов дистанционного обучения потребовала изрядных усилий.

– Вам стало сложнее работать в пандемию без личного контакта с теми, кто обращается?

– Да, наша работа предполагает личное общение. Человека надо выслушать, ознакомиться с его документами и только потом с холодным рассудком подумать, как ему помочь. И ограничение таких встреч, во время которых можно выяснить детали, усложняет процесс. Кроме того, часть наших сотрудников работает дистанционно. Когда мы командой штурмуем и решаем одну проблему, получается быстрее.

– Отойдем от пандемической темы. Люди с инвалидностью часто сталкиваются с нарушением своих прав. Как в Подмосковье?

– Все, что касается людей с инвалидностью, находится под моим личным контролем. Несмотря на то что в Подмосковье все очень неплохо, есть над чем работать. Обращения поступают часто по поводу обеспечения качественными средствами реабилитации. Злободневная тема – получение госжилья. В стране сложилась очередь из внеочередников-инвалидов. И это очень печально. Один из инструментов решения проблемы, который мы предлагаем, – дать возможность муниципалитетам брать жилье у частных застройщиков в аренду. Округа отдавали бы эти квартиры в социальный наем людям с инвалидностью, а сами в рассрочку выкупали бы их и передавали в собственность.

Также мы внимательно отслеживаем изменения, которые касаются лиц с ограниченными физическими возможностями. В этом году мой аппарат ведет мониторинг соблюдения прав инвалидов при трудоустройстве. Его результаты опубликуем в I квартале 2021 года.

СУДЕБНАЯ ПОМОЩЬ

– Давайте немного поговорим о судебной практике. Если гражданину предстоит судиться, он может рассчитывать на помощь аппарата уполномоченного?

– Если человек обратился к нам за помощью, представлять его интересы в суде мы, конечно, не можем. Но имеем право присутствовать на заседаниях. Мы помогаем судиться. Можем изучить документацию, с которой к нам пришел человек, подсказать, как сформировать качественный иск, оказать содействие в поиске компетентного адвоката. Но повлиять на судебный процесс мы не можем, впрочем, как и все: суд независим.

– Недавно президент поручил уполномоченным рассмотреть возможность расширения подсудности суда присяжных. Действительно ли назрела такая необходимость?

– Сейчас суд присяжных рассматривает только определенные статьи, расширить список статей – значит придать более публичную форму определению виновности или невиновности подсудимого. Я считаю, что это правильно. Потому что каждый человек имеет право на справедливость в отношении себя, обеспечивать это право – наша работа.

Автор:
вверх