«Прокляты и убиты»: комментатор Губерниев рассказал о любимой книге про войну

Губерниев посоветовал молодежи роман Астафьева «Прокляты и убиты»

Культура и спорт

Фото: [Елена Никольская/REGIONS]

В преддверии Дня Победы Дмитрий Губерниев, чей голос знает вся страна не только по биатлонным трансляциям, но и по ярким эмоциональным репликам, неожиданно выступил в роли строгого литературного критика. Знаменитый спортивный комментатор в беседе с Общественной Службой Новостей признался, что его собственные книжные полки хранят тяжелые, шокирующие тома о войне, которые он рекомендует почитать молодежи без скидок на возраст.

Свое твердое первое место в этой суровой иерархии Губерниев отдал творчеству Виктора Астафьева, а именно его роману «Прокляты и убиты», написанному уже в девяностые, но повествующем о событиях сорок второго. Телеведущий обращает внимание, что это произведение — не парадный миф о войне, а жесткая, почти физически ощутимая правда окопов. Первая часть книги погружает читателя в «чертову яму» — подземную казарму для новобранцев, где герои проходят не столько школу молодого бойца, сколько школу выживания в нечеловеческих условиях быта. Во второй части, по словам Губерниева, разворачивается натуралистичная кинематографичная картина форсирования Днепра, где батальные сцены перестают быть героической картинкой и становятся почти непереносимой реальностью.

«Это тяжелейшая книга об ужасах войны, которая меня потрясла до глубины души», — не скрывает эмоций комментатор.

Он с сожалением отмечает, что фигура Астафьева сегодня часто оказывается в тени, о нем забывают и мало говорят, хотя именно такие откровенные, раздирающие тексты, по его мнению, обладают настоящей воспитательной силой для подрастающего поколения.

По словам комментатора, каждому молодому человеку, кто привык читать ленту новостей и смотреть легкие ролики, стоило бы взять в руки именно «Прокляты и убиты». Потому что понимание войны через пот, кровь и грязь солдатских будней, описанных Астафьевым, дает гораздо больше, чем сотня торжественных парадов. Это не патриотический лубок, а тяжелая терапия памятью, которая, возможно, способна уберечь от повторения ошибок прошлого.

Ранее он высказался о будущем Овечкина и Дзюбы.