«Правовых оснований нет»: в Госдуме раскритиковали отказы клиник в ЭКО для вдов участников СВО
Депутат Останина: вдовам с письменным согласием бойцов СВО нельзя отказать в ЭКО
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzEzXzVtSjU3OWsuanBn.webp)
Фото: [istockphoto.com/Rabizo]
Вдовы погибших участников СВО, чьи мужья при жизни уже дали письменное согласие на использование эмбрионов, не должны сталкиваться с отказами клиник ЭКО из‑за отсутствия «личного присутствия» супруга. Медицинские организации в таком случае не имеют правовых оснований препятствовать процедуре, и дополнительного специального закона для семей воинов здесь не требуется. Об этом в беседе с интернет‑изданием «Подмосковье сегодня» заявила председатель комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина.
Комитет семей воинов Отечества (КСВО) сообщил интернет-изданию «Подмосковье сегодня» о системной проблеме: в правовую службу начали поступать обращения вдов участников спецоперации, которым клиники, занимающиеся лечением бесплодия, отказывают в криопереносе эмбрионов, созданных при жизни мужа. Формальный мотив — отсутствие «личного присутствия» супруга при проведении процедуры, несмотря на то что ранее он уже подписал все необходимые документы и добровольное информированное согласие.
Нина Останина подчеркнула, что сама процедура ЭКО предусмотрена законом об охране здоровья, а порядок ее проведения закреплен в подзаконных актах.
«Процедура экстракорпорального оплодотворения у нас не запрещена, она прямо предполагается законом об охране здоровья. Вопрос механизма ее реализации относится к сфере подзаконного регулирования. Я не вижу необходимости отдельного законодательного акта именно для семей участников СВО: если есть оформленное при жизни письменное согласие мужа, то у медицинской организации нет правовых оснований создавать препятствия и отказывать женщине в переносе эмбриона», — заявила парламентарий.
При этом она указала на важность аккуратного подхода при возможном расширении практики постмортальной репродукции.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8yLzE0X25IRk5nVFIuanBn.webp)
Фото: [istockphoto.com/Mariakray]
«Если экстраполировать особые условия для одной категории на все население, это потенциально может открыть поле для злоупотреблений и бесконтрольного использования генетического материала. Поэтому любые изменения должны быть очень взвешенными и оформляться на уровне подзаконных актов, без поспешных решений. Но повторю: там, где есть ясно выраженная при жизни воля мужа и документальное согласие, клиники не должны под прикрытием формулировки про личное присутствие отказывать вдове», — добавила Останина.
О масштабе проблемы рассказали и в КСВО. По словам руководителя правовой службы Комитета семей воинов Отечества, члена Общественной палаты РФ, адвоката Александра Терновцева, в организации уже сформировалась серия однотипных обращений.
«К нам обращаются вдовы, которые вместе с мужьями еще при его жизни прошли первую процедуру ЭКО, подписали все согласия, а оставшиеся эмбрионы были криоконсервированы. После гибели супруга им отказывают в переносе, ссылаясь на приказ Минздрава и статью 20 закона об охране здоровья, где упоминается личное присутствие супруга. Но мужчина уже ясно выражал свою волю при жизни, участвовал в программе. В такой ситуации требование личного присутствия погибшего выглядит не просто формальностью, а фактическим лишением женщины права стать матерью от любимого человека», — подчеркнул Терновцев в беседе с интернет-изданием «Подмосковье сегодня».
Адвокат напомнил, что, несмотря на пробелы в регулировании постмортальной репродукции, судебная и конституционно‑правовая практика в целом формируется в пользу вдов. При этом, по его словам, именно медицинские организации зачастую трактуют нормы максимально жестко и подстраховываются отказами, вместо того чтобы исходить из уже оформленной воли пациента.
КСВО и правозащитники настаивают на корректировке подзаконной базы, чтобы исключить произвольные отказы вдовам в случаях, когда при жизни мужа были подписаны все необходимые документы и соглашения, и дать женщинам четкий, прозрачный механизм реализации своего права без многолетних судебных споров.
Ранее сообщалось, что законопроект о фиктивных браках с участниками СВО может привести к травле вдов.