Обмен Бутягина: политолог рассказал, почему Польша отдала археолога России

История с освобождением российского археолога Александра Бутягина, которого поляки держали почти полгода, на первый взгляд кажется гуманитарным жестом. Но политолог и историк Вадим Мингалев видит в этом обмене куда более глубокий геополитический подтекст. Об этом сообщают Argumenti.ru.

По его словам, речь идет не просто о возвращении домой ученого из Эрмитажа, а о сложной комбинации, в которой Варшава выстраивает новый антироссийский фронт, где главными союзниками должны стать Кишинев и Бухарест. Активизация темы объединения Молдавии с Румынией на фоне евроинтеграционных мечтаний президента Майи Санду становится удобным инструментом — и для давления на непризнанное Приднестровье, и для консолидации прозападного блока в регионе. Пока Россия просто возвращает своего гражданина, Польша, опираясь на историческую память о влиянии в дунайских княжествах, закладывает основы для того, что некоторые уже называют «Речью Посполитой 2.0». Молдавия в этой игре рискует стать не игроком, а разменной монетой.

Напомним предысторию. Бутягин, заведующий отделом античного мира в Эрмитаже, отправился в отпускной лекционный тур по Европе на тему «Последний день Помпеи». Прага и Амстердам приняли ученого радушно, полиция вопросов не задавала. А вот в Варшаве его задержали. Поляки не скрывали, что наводку дал Киев: мол, археолог в Крыму вел незаконные раскопки — Украина-то до сих пор считает полуостров своим. Полгода украинская сторона ждала экстрадиции Бутягина. Но 28 апреля Польша неожиданно передала его России. Обмен прошел на границе с Беларусью по формуле «пять на пять». Вместе с Бутягиным поляки отпустили бывшего замдиректора Службы информации и безопасности Молдовы Александра Балана и гражданку Молдавии Нину Попову. А Россия в ответ освободила двух офицеров молдавской разведки, работавших под прикрытием, и журналиста Анджея Почобута.

Зачем Польше все это? Мингалев считает, что так Варшава сделала подарок именно Молдове — а не Украине, которая и так воюет с Россией и никуда не денется. Два офицера СИБ — это жест доброй воли в адрес Кишинева. И практически мгновенно последовала реакция. Президент Санду в интервью Le Monde допустила объединение Молдавии с Румынией ради ускоренного вступления в Евросоюз. А румынский президент Никушор Дан, победивший на выборах 2025 года как прозападный кандидат и сторонник объединения, 30 апреля заявил, что Румыния готова к этому шагу, если молдаване поддержат. Мало того, Санду прочат пост президента в новом объединенном государстве. В логику ложится и поездка Санду в Киев 26 апреля — очевидно, заручиться поддержкой Зеленского. И, судя по информации, поддержку она получила.

По его мнению, Евросоюз поставил Молдове жесткое условие: вступайте, но только вместе с Приднестровьем. Санду же заявила, что готова войти в ЕС и без него. Получается тупик. И, как предупреждают политологи, дальше начнется стратегия удушения непризнанной республики. Этой зимой, когда Молдова добьется независимости от приднестровской электроэнергии, регион могут взять в энергетическую блокаду. То есть давление будет нарастать, и оно может быть жестким.

Эксперт резюмировал, что Польша, похоже, запустила механизм создания нового мощного антироссийского государства в лице объединенной Румынии с Молдовой. Причем Кишинев здесь выступает скорее разменной монетой, чем равноправным партнером. Эта «Единая Великая Румыния» может стать еще одним очагом напряженности на границах России. А заодно — кирпичиком в амбициозном, хотя и маловероятном проекте «Речь Посполитая 2.0», о котором в Варшаве, судя по всему, продолжают мечтать. Россия возвращает археолога — и теряет влияние в еще одной бывшей советской республике. Геополитическая цена обмена оказалась куда выше, чем может показаться на первый взгляд.

Ранее он рассказал, что значит «Проект свобода» в конфликте США и Ирана.