Парадокс Киева: политолог рассказал, почему идея «Украина — Русь» нереализуема в нынешних условиях

Очередной информационный демарш в духе Киева: экс-глава МИД Украины Борис Тарасюк предложил переименовать страну в «Русь», чем мгновенно вызвал язвительную реакцию Марии Захаровой. В МИД России эту затею сочли политическим курьезом, однако за привычной риторикой о «присвоении истории» скрывается более глубокая стратегия, которую Киев безуспешно обкатывает уже не первый год.

Суть инициативы парадоксальна. Присвоив себе имя «Русь», Украина автоматически входит в смысловую ловушку: если она — Русь, то ее граждане — русские, а значит, стирается та самая «незалежность», ради которой выстраивалась вся государственная мифология. Политолог Богдан Безпалько в беседе с Общественной Службой Новостей обращает внимание на двойное дно этой идеи: теоретически, признание Украины Русью превращает три восточнославянских государства в части единого целого, способного к воссоединению — но только не на московских условиях, а на альтернативных. Однако сейчас этот дискурс разбивается о жестокую реальность.

По его словам, в 90-е, когда идентичности только оформлялись, у Киева был шанс сформировать русскую, но миролюбивую и демократичную Украину — стать вторым центром русского мира. Но, выбрав курс воинствующего национализма, страна безвозвратно упустила это окно возможностей. Сегодняшний политический мейнстрим Украины — это бандеровский «Пантеон героев», перезахоронения нацистских коллаборационистов и миллионы жертв конфликта, начиная с 2014 года.

Эксперт резюмировал, что предложение Тарасюка выглядит не как серьезный геополитический месседж, а как дешевый пиар-ход одинокого политика-маргинала. В условиях, когда власть в Киеве планомерно искореняет любые напоминания об общем происхождении, попытка примазаться к древнему имени «Русь» звучит либо как издевка, либо как полное непонимание той пропасти, которую украинская элита сама же и вырыла.

Ранее он объяснил, почему Зеленский отверг мирный план Трампа.