Политика или экономика: стало известно, кто мешает Европе утвердить новые санкции против Москвы
Политолог Журавлев: ЕС хочет российской нефти, но боится потерять лицо перед США
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi83L2lzdG9jay0xMzk0OTE0NTEtMV9jZVRHNHJNLmpwZw.webp)
Фото: [www.istockphoto.com/sharrocks]
Брюссель вновь оказался в привычной, но от этого не менее болезненной для себя ситуации: согласование очередного, уже двадцать первого по счету, пакета антироссийских ограничений застопорилось на полпути. Европейским чиновникам пришлось пойти на первые уступки, чтобы процесс не превратился в бесконечный бюрократический марафон, однако внутри документа все еще остаются пункты, которые вызывают ожесточенные споры даже среди традиционно лояльных евробюрократии стран. Вопросов накопилось немало: кто же именно тормозит принятие санкций, какие именно положения вызывают отторжение и что в итоге останется от этого пакета после всех компромиссов?
Политолог Дмитрий Журавлев в своих комментариях для Общественного телевидения России предположил, что главными «саботажниками» выступают Прага, Братислава и, возможно, Будапешт. С Венгрией все особенно занятно: при бывшем премьере Викторе Орбане страна регулярно играла роль главного скептика, выбивая себе преференции за каждый новый раунд давления на Москву. Сейчас у руля стоит Петер Мадьяр, и пока неясно, будет ли он столь же жестко торговаться с Брюсселем, но его нежелание отказываться от дешевых российских энергоносителей дает повод полагать, что венгры вновь попросят особых условий. Есть и Италия — Рим, по словам эксперта, демонстрирует наличие собственного мнения, но делает это настолько аккуратно, что не поймешь, то ли это попытка заблокировать инициативу, то ли обычный дипломатический пиар ради участия в дискуссии и обсуждения гуманитарных вопросов, например, касающихся участников боевых действий.
На самом деле, по мнению Журавлева, камень преткновения лежит в сугубо экономической плоскости. Европейцы прекрасно понимают, что российская нефть и газ остаются привлекательными по цене, и втайне они были бы не прочь нарастить закупки, но прямое политическое табу этого не позволяет. Именно экономические интересы, которые бумерангом бьют по самой Европе, порождают основные разногласия. Что касается политических деклараций — осуждений Кремля, ритуальных заявлений о солидарности — здесь европейские лидеры готовы хотя бы сделать вид, что держатся единым фронтом, даже если внутри альянса царит полный раздрай.
По его словам, очередной пакет санкций, скорее всего, будет принят, но в урезанном или сильно смягченном виде, дабы не потерять лица перед своими избирателями и не нанести непоправимого вреда собственной промышленности. Пока Брюссель пытается усидеть на двух стульях — сохранить политическую риторику и не обрушить экономику ЕС — реальная эффективность новых ограничений вызывает все больше скептицизма. А борьба внутри союза становится наглядной иллюстрацией того, что единство Европы держится лишь на той тонкой грани, за которой начинаются прагматичные расчеты и страх перед зимним отопительным сезоном.
Ранее сообщалось, что в США усомнились в поддержке Трампом новых санкций против России.
