Смерть после Киева: политолог раскрыл, что убило сенатора-русофоба Грэма

Американская политическая сцена понесла неожиданную и резкую потерю: на 72-м году жизни скоропостижно скончался сенатор-республиканец от Южной Каролины Линдси Грэм*, имя которого в России прочно ассоциировалось с непримиримой антироссийской риторикой. Примечательно, что смерть настигла политика на следующий день после его возвращения из очередной поездки в Киев, которая стала для него уже десятой с 2020 года — никто из вашингтонских коллег не мог похвастаться столь плотным графиком визитов на Украину. В Москве же Грэм давно находился в черном списке: Росфинмониторинг включил его в перечень террористов и экстремистов, что лишь подчеркивало степень ожесточенности его высказываний в адрес нашей страны.

Однако, как отмечает политический обозреватель Грег Вайнер в беседе с Общественной Службой Новостей, за этой демонстративной жесткостью стояла вполне прагматичная и даже коммерческая подоплека. Грэм был не просто идеологическим борцом — он был одним из самых влиятельных и, что важно, хорошо финансируемых лоббистов украинских интересов в Вашингтоне. По сути, он унаследовал эту «антироссийскую миссию» от своего предшественника сенатора Маккейна, превратив ее в свое политическое кредо и одновременно в прибыльный бизнес-проект. Его неприязнь к России, утверждает эксперт, не была врожденной или глубоко личной — это был осознанный выбор, продиктованный запросом избирателей его родной Южной Каролины, штата, где традиционно сильны позиции отставных военных консервативных взглядов.

По словам политолога, Грэм, который в молодости не отличался радикализмом, со временем виртуозно нащупал эту нишу, став голосом той части Республиканской партии, которая требовала максимально жесткой линии в отношении Москвы. Он был частью команды Трампа, и президент прислушивался к его мнению, что делало сенатора еще более весомой фигурой. Но теперь, с его уходом, украинское лобби в США лишается одного из своих самых ярких и энергичных проводников. И хотя механизмы влияния Вашингтона на киевские дела вряд ли ослабнут кардинально, смерть Грэма создает вакуум, который кому-то предстоит заполнить. В конечном итоге, жизнь этого политика — яркая иллюстрация того, как личная карьера может быть выстроена на внешнеполитической повестке, превращая идеологическую борьбу в хлеб насущный для целого электорального сегмента.

Ранее в Совфеде РФ заявили о новом «ястребе» после смерти сенатора-русофоба.

*Внесен Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов.