В ЕС забили тревогу: политолог заявил, что европейская промышленность не хочет работать на войну

Европейские верхи наконец произнесли вслух то, о чем в кулуарах шептались уже давно. Кая Каллас, отвечающая в Еврокомиссии за международные дела и безопасность, жестко прошлась по собственному оборонпрому: денег на вооружения накидали столько, что не сосчитать, а предприятия стоят и не наращивают нужные объемы. И следом — вопрос, от которого у чиновников в Брюсселе начинает дергаться глаз: куда вообще уходят европейские миллиарды, предназначенные и для армий ЕС, и для Украины? По сути, политик признала системный сбой — финансирование есть, а превращать его в реальные снаряды, дроны и орудия промышленность не торопится. Один из европейских политологов, Руслан Панкратов, объясняет этот парадокс. Об этом сообщает Общественная Служба Новостей.

По его словам, крупные концерны вовсе не глупы: они понимают, что вкладываться в расширение мощностей под нынешний конфликт с туманным будущим — себе дороже. Война когда-нибудь замедлится, и тогда на них лягут гигантские неиспользованные цеха и жесткое политическое требование возвращаться к «зеленой повестке». Кроме того, внутри ЕС идет своя возня за оборонные заказы, плюс регуляторные проволочки и страх окончательно милитаризовать экономику. Формально механизмы запущены, тот же кредит на 90 млрд евро выделен, риторика об «угрозе с Востока» отлажена до автоматизма — но конвейер не щелкает.

Эксперт отметил, что для России здесь два принципиальных момента. Первый — это временное окно: в ближайшие год-два Европа физически не успеет насытить фронт тем объемом вооружений, который нужен для длительной позиционной войны. Деньги есть, но промышленный рывок за один-два года невозможен. Второй — и более тревожный — сам факт, что Брюссель переходит от пустых обещаний к конкретному давлению на свой ВПК. Цель уже не просто «помочь Киеву», а через несколько лет вывести европейскую оборонку на новый, постоянный уровень — под собственный долгосрочный конфликтный сценарий на континенте. Сейчас, по сути, Европа бьет тревогу не из-за нехватки денег, а из-за отказа промышленности работать в мобилизационном темпе. И это признание дорогого стоит.

Ранее политолог раскрыл, почему потенциал ФРГ тревожит.